Малые реки — с перспективами застройки, но без экологического паспорта
На «Диалогах» обсудили судьбу Ноксы и бобра Гриши
Малые реки могут стать основой для периферийного развития Казани, превратившись в точки, где будет формироваться полицентричность города. При этом не стоит забывать, что их необходимо рассматривать вместе с крупными реками, а еще потребуется создание экологического паспорта для каждой из шести. Да, помимо Сухой, Ноксы и Киндерки, в Институте развития города насчитали еще три малые реки в столице республики. Об этом говорили во второй день архитектурно-градостроительной конференции «Диалоги» на круглом столе «Стратегия развития малых рек Казани».
На берегу этой быстрорастущей (с точки зрения жилья) реки
— Малые реки остаются как будто на периферии, их редко замечают, и поэтому в рамках исследования мы видим зазоры в градостроительной документации, — указала на проблему архитектор отдела градостроительных концепций Института развития Казани Ярослава Зенова, добавив: — Малые реки несут в себе огромную экологическую пользу для города, они являются живыми водными артериями, поэтому хотели бы отметить важность сохранения таких объектов и более деликатного подхода к развитию.
В границах Казани институт определил шесть малых рек — Сухую, Ноксу, Киндерку, Солонку, Крутовку, Вертелевку. Общая протяженность их берегов — 270,8 км. В 45% случаев в 15 минутах ходьбы от них находится жилая застройка. При этом всего 3% площадей занимает промышленность.
— В зоне влияния малых рек — огромное количество потенциальных пользователей. А дальше жилье будет только развиваться, — указала Зенова. — Но в Генеральном плане нет инструментов, которые могли бы помочь нам защитить малые реки.
Так что, возможно, в связи с этим в будущем появится мастер-план по развитию территорий вдоль малых рек. Это один из первых этапов комплексного проекта по развитию водно-зеленого каркаса всей Казани. Кроме того, есть гипотеза о периферийном развитии города. И эти полицентры, центры городской активности, могут находиться в районе прибрежных зон.
Комплексы у Ноксы
Как пример развития на «Диалогах» показали парк у ЖК «Светлая долина», который разрабатывало архитектурное бюро Platforma. Один из его архитекторов Дарья Семко указала, что в этом районе у реки Ноксы живет 50 тысяч человек, а охват парка с учетом близлежащих поселков составляет 130 тысяч. Это также, например, ЖК «Лето», «Грин» и «Весна». 64% жителей микрорайона — в возрасте 25—35 лет. У 71% есть дети.
У проектантов получилась непрерывная набережная с общей площадью общественного пространства в 21,9 гектара протяженностью в 3,5 километра. Затем пошел приток коммерции, в частности общепита, а компании «Дело» и СИБУР инвестировали в строительство Центра уличного гандбола и баскетбола. Не говоря уже о возросшем спросе на жилье.
На предварительном этапе с берегов Ноксы было вывезено 4 700 тонн мусора, высажено 4 тысячи квадратов газона, 1 480 деревьев и 1 300 кустарников, заменили один мост и построили два дополнительных.
Для чего нужны парки возле больших ЖК? Как указала Семко, принципа три — создание «долины созерцания», суперсвязи на раздробленной территории и функциональных кластеров:
— Очень часто от жителей микрорайона звучало: мы хотим такой парк, чтобы в нем было столько всего, было столько функций, чтобы все наши потребности были удовлетворены и нам не приходилось выезжать ради чего-то там в центр города.
Летом в выходные в парке гуляет до 7 000 человек. Территория ближе к реке обзавелась приподнятыми деревянными настилами, что необходимо в связи с весенними паводками. Удалось наладить диалог с животными:
— Был у нас бобер, подрядчик назвал его Гришей, — рассказала Семко. — В общем, бобер Гриша активно съедал каждое новое высаженное дерево, пока мы с ним не договорились, надеюсь, у него все в порядке сейчас.
Есть ли конфликт застройщиков и экологов?
— Мы не можем рассматривать развитие малых рек независимо от больших, потому что у реки Казанки притоки и артерии рек — это Сухая, Киндерка и другие, — добавила эколог Инна Булычкова. — Рассматривать все нужно в единой каскадной системе. Стратегия может разделиться на несколько пунктов. В первую очередь — это создание экологического паспорта для каждой из малых рек. Мы не можем подводить под единый стандарт каждую реку, и мы не можем рассматривать каждую реку по отдельности.
— Застройщики активно продают прибрежные территории. Задача экологов прежде всего — довести тот образ воды, среды, которую они продают, чтобы он соответствовал безопасности людей, которые будут проживать на прибрежных территориях. То есть экология не является границей, она не является ограничивающим воздействием. Экология — это ресурс, запустив ее воздействие на экономическую сторону, мы получим приятное взаимодействие, которое будет выгодно всем, — отметила Булычкова.
Но не только Казанкой и притоками ограничатся планы Института развития Казани. «Реальное время» уточнило, в какую категорию для ИРК входит старое русло Казанки, вокруг которого также вырастают новые ЖК — «Статум», территория фабрики Алафузова. При этом она еще остается жертвой техногенного воздействия.
— То, что вы назвали старым русло, мы для себя обозначили как дрены, — ответила модератор круглого стола Светлана Гафурова, начальник отдела градостроительных концепций Института развития Казани. — И это следующий элемент, который мы планируем также анализировать, вырабатывать методику работы и формировать единый экологический каркас.