«Мы живем там, где сами работаем»: как «Татнефть» защищает воздух, воду и почву

«Мы тут живем»: почему нефтедобыча требует постоянного экологического контроля

На юго-востоке Татарстана нефтяные качалки давно стали частью привычного пейзажа. Здесь скважины работают прямо в окружении поселков, рядом с дорогами, среди полей, неподалеку от водоемов и родников. Разумеется, с соблюдением установленных санитарно-защитных и охранных зон. Нефтяники говорят: «Мы здесь живем». Поэтому для компании экологическая безопасность и защита окружающей среды — не декларируемый лозунг, а вопрос качества жизни ее собственных сотрудников.

Как все происходит? Около 85% запасов на Ромашкинском месторождении — девонские отложения возрастом около 400 млн лет, а основная часть нефтяных пластов залегают на глубине примерно 1,7 км. Нефть из скважины добывается не в чистом виде. На десять кубометров поднятой жидкости приходится примерно один кубометр нефти, остальное — вода. После того, как на промысловых объектах отделяют нефть, воду ни в коем случае не сбрасывают. Ее возвращают под землю, поддерживая пластовое давление и используя для вытеснения нефти к добывающим скважинам.

Экологическая безопасность начинается еще раньше — с устройства самой скважины. При ее проектировании учитывается риск попадания пластовых флюидов в пресные водоносные горизонты. Чтобы защитить воду и грунт по всему пути следования нефти к поверхности, скважину герметизируют. Перед запуском каждая скважина в обязательном порядке проходит геофизические исследования герметичности, в том числе акустические методы и гамма-каротаж.

Начальник отдела охраны окружающей среды и экологической безопасности ПАО «Татнефть» Петр Кубарев рассказывает, что экологический подход в компании уже был принят задолго до появления мировых ESG-стандартов.

— Компании уже не один десяток лет. На экологию у нас обращали внимание всегда. Аббревиатура ESG не так давно появилась, но на юго-востоке Татарстана все эти направления были охвачены гораздо раньше. При добыче нефти возможно воздействие на окружающую среду — как на воздух, так и на почвы. Добывается ведь не только нефть и вода, но и попутный нефтяной газ. Поэтому задача заключается в том, чтобы постоянно контролировать возможное воздействие производства на окружающую среду. Для нас это особенно важно, потому что мы самм живем там, где работаем, — говорит Петр Кубарев.

Для юго-востока Татарстана эта формула действительно имеет буквальный смысл. Нефтяники — местные жители, сотрудники «Татнефти». Они обслуживают производственные объекты и живут в поселках по соседству. В их же интересах, чтобы они сами и их дети дышали чистым воздухом и пили чистую воду.

Заместитель начальника департамента разработки месторождений ПАО «Татнефть» Азат Лутфуллин формулирует этот принцип еще проще: применяемые технологии должны работать не только на сегодняшний уровень жизни, но и на будущее всего юго-востока Татарстана. «Мы тут живем», — объясняет он, связывая технологические решения с перспективой сохранить возможность комфортно жить здесь еще многие десятки и сотни лет.

Воздух: от газоанализатора у оператора до онлайн-мониторинга

При нормальной работе нефтяная скважина герметична. Потенциальным источником выбросов в воздух могут стать движущиеся части оборудования, где установлены сальники. При их износе или несвоевременной замене в атмосферу может поступать небольшое количество попутного нефтяного газа, более чем наполовину состоящего из углеводородов — метана, пропана и других низкомолекулярных соединений.

Поэтому контроль воздуха начинается непосредственно на скважине. Операторы в обязательном порядке носят с собой газоанализаторы. Приборы работают постоянно и реагируют на повышенные концентрации сероводорода и метана. Маршрут каждого оператора отслеживается с помощью GPS-навигации.

Специалисты регулярно обходят трубопроводы. Как минимум несколько раз в неделю проверяется вся эта система. Здесь тоже в работу вступают газоанализаторы операторов. Но используется и еще один мощный инструмент — беспилотники с лазерными датчиками метана. Они обследуют объекты с высоты 50–100 метров и позволяют обнаруживать возможные превышения ПДК. При выявлении подозрительных участков на место выезжают передвижные лаборатории, оснащенные автоматическими и ручными газоанализаторами.

Есть и стационарный уровень контроля. На территории деятельности компании работают 30 экологических постов. Точки их размещения выбирались так, чтобы отслеживать влияние нефтедобычи на качество воздуха вблизи жилых массивов и на границе охранных зон скважин. Данные с постов передаются в режиме онлайн круглосуточно и доступны в открытом виде. Еще ряд точек добавляются за счет станций АСКЗА (автоматических станций контроля загрязнения атмосферы), принадлежащих Минэкологии Татарстана. Стационарные посты контролируют более 30 загрязняющих веществ, среди них оксиды азота, диоксид серы, сероводород, углекислый газ и другие показатели.

Кроме того, специалисты лаборатории выезжают по графику в населенные пункты и на границы санитарно-защитных зон, где контролируют содержание загрязняющих веществ в воздухе. Есть в системе и передвижные лаборатории. Переносной газоанализатор, с которым работают специалисты, способен одновременно измерять минимум девять параметров. Для разных задач на прибор устанавливаются соответствующие датчики — в частности, для контроля сероводорода, оксидов азота и углеводородов. При превышении установленного норматива прибор подает сигнал.

Петр Кубарев объясняет, зачем компании столько уровней контроля:

— У нас несколько десятков тысяч скважин, и поставить отдельный датчик на каждую из них невозможно. Поэтому система построена по принципу постоянного контроля на разных уровнях. Оператор постоянно носит с собой газоанализатор, трубопроводы регулярно обходятся, работают беспилотники с лазерными датчиками метана, есть передвижные лаборатории. Кроме того, мы имеем стационарные экологические посты и автоматизированные станции, которые передают данные круглосуточно. Важно, что эти данные доступны открыто, чтобы и у нас, и у жителей было понимание происходящего. Если поступает жалоба, мы разбираемся с каждым случаем отдельно и устанавливаем источник возможного превышения.

В 2025 году валовые выбросы загрязняющих веществ в атмосферный воздух по группе «Татнефть» составили 90,3 тыс. тонн — более чем на 10% меньше показателя 2023 года. Снижение связывается, в частности, с сероочисткой попутного нефтяного газа, внедрением экономайзеров и повышением экологического класса транспорта.

Отдельная история — сам попутный нефтяной газ. В первые годы нефтедобычи его действительно сжигали на факелах. Но уже в 1956 году заработал Миннибаевский газоперерабатывающий завод, и газ с промыслов начали отправлять на переработку. Сегодня уровень полезного использования попутного нефтяного газа составляет 98,36%.

Вода: 1 718 точек наблюдения и родники как зеркало мониторинга

Для нефтедобычи вода — одна из ключевых экологических тем. Одной инженерной защиты скважин недостаточно: состояние воды отслеживают непосредственно в природной среде.

В компании работают наблюдательные скважины глубиной до 200 метров, из которых с установленной периодичностью берут пробы. Контролируются разные водоносные горизонты — в том числе питьевые и те, где вода отличается высокой минерализацией. Отдельная точка контроля — родники. В компании считают их самым четким индикатором состояния грунтовых вод.

— Родники для нас — зеркало нашей работы. Мы их отслеживаем и работаем с ними. Если родник чистый, если люди пьют из него воду, значит, наша производственная деятельность ведется правильно. Поэтому это не просто красивые места, которые мы благоустраиваем, а еще и точки наблюдения за состоянием окружающей среды. По ним можно увидеть изменения, которые происходят с подземными грунтовыми водами, — объясняет Петр Кубарев.

История работы с родниками у «Татнефти» тоже началась не вчера. Еще прежние поколения нефтяников замечали источники воды возле промыслов и обустраивали подходы к ним. Родники постепенно стали частью корпоративной традиции: сотрудники, уходя на пенсию, передавали их следующим поколениям. В 1995 году компания организовала конкурс родников, сначала только среди добывающих подразделений. Сегодня в нем участвуют все организации группы, а число обустроенных родников превысило 500.

Благоустройство родника не заканчивается его торжественным открытием. За каждым родником закрепляется подразделение, которое продолжает за ним следить. Сотрудники обустраивают источники не только на территориях производственных объектов, но и в населенных пунктах, где живут сами.

Система поверхностного гидромониторинга включает как периодические, так и постоянные наблюдения. Около 1 800 точек контролируются с определенной периодичностью — пробы берут специалисты компании или привлеченные лаборатории, в том числе ЦЛАТИ (Центр лабораторного анализа и технических измерений, подведомственное учреждение Росприроднадзора). По поверхностному контролю — в реках, озерах, ручьях — установлены 1 718 пунктов наблюдений, за прошлый год было отобрано 8 668 проб, проведено более 80 тысяч анализов.

Отдельно контролируются источники питьевой воды в населенных пунктах.

За постоянным контролем стоит автоматизация. После трехлетних испытаний солемеров «Татнефть» за последний год установила 176 автоматических постов на 117 водных объектах. Они непрерывно отслеживают содержание солей, а данные поступают в центральную диспетчерскую службу, работающую круглосуточно. Если динамика концентрации солей меняется, на место выезжает оперативная группа и выясняет причину. Источник изменения может находиться не только на объектах компании — среди возможных причин специалисты называют, например, деятельность расположенных поблизости ферм.

Есть у экологической работы и «человеческая», волонтерская сторона. Во время сплава сотрудников компании по реке Степной Зай участники одновременно очищают акваторию и отбирают пробы воды на содержание загрязняющих веществ. Анализы проводит аккредитованная лаборатория компании, а результаты дополнительно подтверждают независимые лаборатории (в том числе ЦЛАТИ).

Почва и трубопроводы: лучше менять заранее, чем устранять последствия

Для нефтедобывающего предприятия одна из очевидных экологических угроз — разлив нефтесодержащей жидкости. Поэтому отдельная часть работы приходится на модернизацию и поддержание в безопасном состоянии трубопроводной инфраструктуры.

У «Татнефти» более 32 тыс. км трубопроводов системы нефтесбора и закачки. Постепенно металлические участки заменяются на стеклопластиковые решения. Первый объект с композитными трубами появился в 2006 году; за прошедшие 20 лет на нем не было ни одного прорыва. По словам специалистов, и на остальных новых трубах нет прорывов, связанных с износом.

У композитных труб есть и дополнительный экологический эффект — отсутствие коррозионных процессов.

Но и от металлических труб компания не отказывается одномоментно. Для них используются антикоррозионные покрытия, в том числе эпоксидные и полиуретановые. На трубопроводах без внутреннего покрытия применяются ингибиторы коррозии, которые автоматически дозируются в необходимой концентрации. 100% трубопроводов компании находятся под электрохимической защитой. Параллельно идет постоянная программа замены труб.

— Мы понимаем, что трубопровод — один из тех элементов нефтедобычи, где важно не ждать аварии, а работать на предупреждение. Поэтому трубы постепенно заменяются, причем в первую очередь там, где риски выше. Развиваем композитные решения, которые позволяют снизить вероятность повреждений и имеют меньший углеродный след при производстве. На новых трубах прорывов сейчас практически нет. Для нас это и технологическая, и экологическая задача одновременно, — рассказывает Петр Кубарев.

Устойчивое развитие: от локальных задач к углеродной нейтральности

В 2025 году общий объем инвестиций «Татнефти» в охрану окружающей среды составил 17,4 млрд рублей. Из них 14,9 млрд рублей пришлись непосредственно на затраты на охрану окружающей среды, еще 2,5 млрд — на инвестиции в основной капитал природоохранного назначения.

Если разложить расходы по направлениям, 8 млрд рублей были направлены на охрану атмосферного воздуха и предотвращение изменения климата, 3,6 млрд — на обращение со сточными водами, 1,8 млрд — на обращение с отходами. Еще 4 млрд рублей составили расходы на защиту и экореабилитацию земель, поверхностных и подземных водных объектов.

С 1990 года в компании последовательно реализовали уже четыре экологические программы. В 2021–2025 годах действовала пятая, на которую было направлено 81,8 млрд рублей. Результат можно оценивать не только рублями. За 2023–2025 годы удельные выбросы загрязняющих веществ при разведке и добыче нефти снизились с 2,53 до 2,05 кг на тонну добытой нефти.

Экологическая повестка «Татнефти» сегодня выходит далеко за пределы непосредственного контроля за промысловыми объектами. Она встроена в цели устойчивого развития компании и климатическую стратегию.

Компания поставила цель достичь углеродной нейтральности к 2050 году по контролируемым выбросам парниковых газов. Промежуточная цель предполагала снижение углеродной интенсивности на 14% к 2025 году и на 30% к 2030-му относительно базового 2021 года. По итогам 2025 года удельные выбросы парниковых газов по группе компаний сократились на 26%. Для этого компания использует целый набор решений: энергосберегающие и энергоэффективные технологии, возобновляемую энергетику, композитные трубопроводы, автоматизацию учета, расширение системы газосбора и глубокую переработку попутного нефтяного газа. Портфель климатических проектов компании насчитывает 70 проектов.

Есть и природные решения: корпоративная программа лесовосстановления, в рамках которой уже высажено более 34 млн деревьев. Одновременно компания развивает проекты по вовлечению отходов в производство и экономике замкнутого цикла.

В самой компании подчеркивают, что климатическая повестка для «Татнефти» — не только набор отчетных показателей. В интегрированном годовом отчете говорится о декарбонизации, энергоэффективности, развитии возобновляемых источников энергии и экологических проектах, а среди приоритетов отдельно названа регенерация экосистем — от зарыбления водоемов и очистки родников до масштабной высадки деревьев.

Экологическую активность компании отмечают и внешние рейтинги. «Татнефть» один из лидеров национального ESG-рейтинга ответственного бизнеса. В рейтинге экологической открытости «Природа и люди» компания заняла первое место в 2025 году. В республиканском конкурсе «Эколидер» «Татнефть» стала абсолютным лидером и победила в номинациях «Охрана водных ресурсов», «Охрана атмосферного воздуха» и «Лучший проект в сфере экологической безопасности».

В итоге экологическая система на территории нефтедобычи выглядит довольно приземленно — в хорошем смысле этого слова. Это не просто отчеты, а понятные ежедневные действия: оператор с газоанализатором обходит свой маршрут; беспилотник, сканирует территорию в поисках малейшей утечки метана; лаборатория берет воду из водных объектов; автоматические посты круглосуточно следят за состоянием атмосферного воздуха и качеством воды; трубопроводы заменяют о того, как они успеют стать источником проблем; родники, за которыми постоянно ухаживают местные структурные подразделения компании.

И, пожалуй, именно в этом заключается главное отличие такой экологической политики от декларации на бумаге. Здесь природа — не абстрактный пункт ESG-отчета. Она находится буквально за забором промыслового объекта, по дороге на работу, возле деревни, у родника, на берегу реки. И самое важное: люди, которые отвечают за нефтедобычу, сами живут в этой среде. Они видят тот же родник, дышат тем же воздухом, пользуются той же водой. Поэтому для них профилактика — это не про «галочку» в отчете, в про безопасность и качество жизни здесь и сейчас.