Книги с «восклицательным знаком»

Какие изменения вступают в силу

С 1 марта начнут действовать изменения в Федеральном законе «О наркотических средствах и психотропных веществах», который предусматривает теперь не только административную, но и уголовную ответственность за распространение произведений литературы и искусства с упоминанием наркотиков.

Ранее предполагалось, что федеральный закон от 08.08.2024 №226-ФЗ начнет действовать с 1 сентября 2025 года, однако позднее этот срок был изменен федеральными законами от 31.07.2025 №281-ФЗ и №282-ФЗ.

Законом №226-ФЗ вводится уголовная ответственность за пропаганду наркотических средств, психотропных веществ, их аналогов и прекурсоров, а также растений, содержащих такие вещества. Кроме того, на ту же дату — 1 марта 2026 года — перенесено вступление в силу Федерального закона от 08.08.2024 №224-ФЗ, которым уточнен запрет пропаганды в сфере оборота наркотических средств, психотропных веществ, их прекурсоров и культивирования наркосодержащих растений.

Изменения затрагивают и профильный закон «О наркотических средствах и психотропных веществах». В частности, была полностью изменена статья 46. В нее добавлено требование о маркировке художественных произведений, содержащих упоминания наркотиков. Без соответствующей маркировки такие произведения не смогут распространяться. Речь идет о дополнительном регулировании, которое вводит специальные требования к литературным и иным художественным произведениям с подобным содержанием.

Как и что должны маркировать издатели

Порядок и формат маркировки утверждены приказом Минцифры России от 20.05.2025 №475. Как следует из приказа, маркировке подлежат непериодические печатные и электронные издания, включая комиксы и графические рассказы, если они содержат «оправданную жанром и составляющую неотъемлемую часть художественного замысла» информацию о способах незаконного производства, приобретения, хранения, перевозки, сбыта и потребления наркотических средств, психотропных веществ, их аналогов и прекурсоров, а также о местах их приобретения и способах культивирования наркосодержащих растений.

Ответственность за маркировку несут издатели или распространители. Директор юридического департамента «Европейской медиагруппы» Дмитрий Григорьев уточняет: «То есть автор, не являющийся ни распространителем, ни производителем, не несет ответственности за контент. При этом производитель или распространитель не могут переложить ответственность за маркировку на автора».

Технические требования детализированы: текст должен занимать не менее 5% площади обложки, быть выполнен шрифтом не менее 12-го кегля и контрастным по отношению к фону. Допускается два варианта: текст на первой странице обложки либо предупреждающий знак — равносторонний треугольник с восклицательным знаком — на первой странице, а текст на четвертой.

Для книг, изданных до 1 марта 2026 года, разрешена маркировка наклейкой. При онлайн-распространении текст предупреждения нужно разместить в начале карточки книги или в виде всплывающего сообщения, причем шрифт должен быть крупнее основного описания. Электронные издания и аудиокниги также маркируются в карточке, которая должна содержать установленный текст предупреждения. При этом единый подход к конкретному изданию определяет издатель, поскольку книга распространяется по лицензионным договорам и должна соответствовать требованиям законодательства как в печатной, так и в электронной версии.

Отдельно оговаривается возрастное ограничение: упоминание наркотических средств допускается только для аудитории 18+, что также должно быть отражено в маркировке.

Важно, что маркировка говорит лишь об упоминании в тексте наркотических веществ, но не освобождает от проверки содержания на предмет пропаганды и не исключает возможной ответственности, если регулятор усмотрел нарушение. В этом случае возможна ответственность и автора.

Согласно закону, обязательно маркировать нужно только те книги, которые были обнародованы с 1 августа 1990 года и содержат описания способов незаконного оборота или потребления наркотиков. «Санкции за нарушение «антинаркотического» закона будут действовать с 1 марта. Существуют зоны, требующие уточнений: например, под закон попадают книги, выпущенные с 1 августа 1990 года, но проверить все эти издания, если их нет на электронных носителях, невозможно», — заявил генеральный директор издательства «Эксмо» Евгений Капьев.

Во время подведения книжных итогов 2025 года Капьев сформулировал проблему шире: «Есть книги, у которых нет электронных файлов, а у нас [в издательстве] нет бумажных, где их искать? А в библиотеках они есть. И к сожалению, мы знаем по правоприменению предыдущих законов, библиотеку могут оштрафовать за это. Что с этим делать, как с этим бороться, когда закон имеет обратное действие?! Непонятно».

Отдельный блок вопросов связан с восприятием маркированных книг рынком. Генеральный директор издательства АСТ Татьяна Горская заявила: «Уже с разных сторон приходит информация, что книги с маркировкой, например, библиотеки не хотят брать. А представители маркетплейсов говорят: если на обложке стоит восклицательный знак, то обложка должна быть заблюрена. То есть затрагивается уже вопрос маркетинга и продвижения».

Как и кого будут штрафовать

За распространение произведений литературы и искусства, содержащих информацию о наркотиках и психотропных веществах, с нарушением требований о маркировке (ч. 1 ст. 6.13 КоАП РФ) предусмотрены административные штрафы:

• для граждан — от 2 до 4 тыс. рублей;
• для должностных лиц и индивидуальных предпринимателей — от 10 до 30 тыс. рублей;
• для юридических лиц — от 300 до 600 тыс. рублей.

Продукцию будут конфисковывать. Для должностных лиц также возможна дисквалификация на срок от одного года до двух лет.

Отдельно предусмотрена ответственность за саму пропаганду наркотических средств (ч. 2 ст. 6.13 КоАП РФ):

• для граждан — штраф от 4 до 5 тыс. рублей;
• для должностных лиц — от 50 до 100 тыс. рублей либо дисквалификация до 1 года;
• для индивидуальных предпринимателей — от 40 до 50 тыс. рублей либо приостановление деятельности на 90 суток;
• для юридических лиц — штраф от 800 тыс. до 1 млн рублей либо приостановление деятельности на 90 суток.

Продукция также конфискуется.

Кроме того, с 1 марта 2026 года вводится и уголовная ответственность в случае повторного правонарушения в течение года. Максимальное наказание — до двух лет лишения свободы, а также штраф от 100 до 300 тыс. рублей или иные виды наказания, включая запрет заниматься определенной деятельностью.

По закону ответственность за распространение книг, содержащих пропаганду наркотиков, несут издатель и распространитель. Это следует из конструкции статьи 6.13 КоАП РФ и порядка маркировки, который возлагает обязанность на производителя или распространителя. Коммерческий директор ОРС «Читай-город — Буквоед» Инна Касенова сказала: «Мы выстроили четкий алгоритм взаимодействия с издательствами. Именно они несут первичную ответственность за проверку контента, так как их редакции полностью прочитывают тексты до выпуска. Мы физически проверить каждую книгу в магазине не можем — прочитать такой объем просто нереально».

Она добавляет: «Издательства предоставляют нам информацию о книгах, содержащих упоминания наркотических средств, и копии соответствующих экспертиз, когда это необходимо. Сама маркировка наносится типографским способом: предупреждающий знак размещается на лицевой стороне обложки, а подробная информация — на оборотной. Получив эти списки, наш сотрудник координирует дальнейшую работу с магазинами. Но и мы не остаемся безучастными: если нам становится известно о книгах с соответствующей тематикой, которые по какой-то причине не попали в издательский список, мы самостоятельно сообщаем об этом в издательство и оклеиваем такие экземпляры предупреждающими наклейками».

Анна Яковлева, основательница независимого книжного магазина «Карта мира» в Новосибирске, описывает ситуацию так: «Проверить все нереально, даже если бы мы понимали, что вообще такое эта пропаганда. Экспертиз не было, есть только списки книг, которые рекомендуется оклеить значками. Пока доверяемся только этим рекомендованным спискам, но и их за глаза. Физически успеть бы все отследить даже в нашем небольшом ассортименте».

Участники рынка указывают на отсутствие понятной процедуры правоприменения. Генеральный директор объединенной розничной сети «Читай-город — Буквоед» Александр Брычкин во время подведения книжных итогов 2025 года сравнил ситуацию с механизмом, действующим в отношении экстремистских материалов: «Если какая-то книга заносится в реестр на основании решения суда, и там есть определенный порядок, то весь рынок реагирует и незамедлительно ее снимает [с продажи]. Это понятный процесс правоприменения. После этого можно штрафовать, если кто-то не принял мер по устранению правонарушений. Как можно применять закон нам, чтобы избежать наказания? Мы, откровенно говоря, не понимаем. Здесь нужно поработать с правоприменительной практикой и, может быть, даже корректировать законодательство, чтобы создать прозрачную процедуру».

Пропаганда и информирование: в чем разница

Евгений Капьев обратил внимание на то, что «граница критериев отнесения и к пропаганде, и к упоминанию наркотических средств и психотропных веществ не очень четкая», поэтому в издательстве старались маркировать все случаи возможного попадания под эти формулировки. При этом четких разъяснений от регуляторов по границе между допустимым упоминанием и запрещенной пропагандой нет, что создает риски для авторов, издателей и книжных сервисов.

Юридическое определение «пропаганды наркотиков» закреплено в части 1 статьи 46 закона. Как поясняет Дмитрий Григорьев, к ней относится распространение информации:

• о способах и методах незаконного производства, хранения, перевозки, сбыта, приобретения и потребления наркотических средств и психотропных веществ, а также местах их приобретения;
• о допустимости, привлекательности или необходимости их незаконного потребления;
• о преимуществах незаконного использования;
• об оправдании незаконных действий с наркотиками или представлении их как нормы поведения.

Григорьев отдельно отмечает, что такое правовое определение «кардинально отличается от общеязыкового значения слова «пропаганда». По его словам, в судебной практике при лингвистических экспертизах учитывается не только цель «убеждение», но и цель «информирование», и суды соглашаются с таким подходом. В результате на практике пропаганда нередко отождествляется с любым информированием о наркотиках. Это означает, что распространение информации о наркотиках, если оно не подпадает под прямо установленные исключения, может быть квалифицировано как пропаганда.

Закон предусматривает ряд исключений. Не считается пропагандой упоминание наркотиков в специализированных медицинских и фармацевтических изданиях для профессионалов, в научных и учебных материалах — в оправданном объеме и без указаний на привлекательность потребления, а также в материалах оперативно-разыскной деятельности и судебных дел.

Екатерина Кожанова, директор департамента по стратегическим коммуникациям издательской группы «Эксмо-АСТ» и глава комитета по информационной политике Российского книжного союза (РКС), поясняет: «Каждый отдельный случай, который вызывает сомнения, отдается аккредитованному эксперту. Очевидно, что энциклопедические или медицинские справочники не могут быть отнесены к пропаганде. Сложнее с художественными произведениями, здесь как раз придется обращаться к экспертам».

Она также подчеркивает: «Пока отнести те или иные произведения к пропаганде в чистом виде мы не можем. Есть фрагменты биографий рок-исполнителей, которые чаще всего просто убираются, чтобы снять риски отнесения к пропаганде. Информирование — это как раз справочная и специализированная информация, где содержится, например, информация о вреде для здоровья».

«Оправдано жанром»

Закон прямо допускает, что произведения литературы и искусства могут содержать сведения о способах незаконного оборота и потребления наркотиков. Дмитрий Григорьев указывает, что статья 46 закона позволяет включать такую информацию в произведения «исключительно в случаях, оправданных жанром и составляющих неотъемлемую часть художественного замысла». При этом перечень допустимых сведений совпадает с тем, что в других случаях образует состав пропаганды.

Именно эта оговорка вызывает наибольшее число вопросов, поскольку неизвестно, кто именно должен определить, что это действительно важно для жанра или художественной выразительности. Исполнительный директор Российского книжного союза Елена Старостина сказала: «Это серьезная ловушка. Такая же история была с ЛГБТ*-пропагандой. Что считать пропагандой, что упоминанием, а что просто демонстрацией? К сожалению, нет четких критериев. Со своей стороны мы будем подключать лингвистов, филологов и юристов, чтобы помочь издателям разобраться в этой сложной ситуации. Но гарантий никаких нет».

Чтобы избежать возможных штрафов и уголовной ответственности в случае с ЛГБТ*-пропагандой, одни издатели решили замазывать спорные фрагменты черными линиями, а другие в принципе отказались публиковать книги, где есть просто упоминание нетрадиционной сексуальной ориентации. «Думаю, такая перестраховка сейчас тоже будет иметь место», — отметила Старостина.

Таким образом, закон допускает упоминание наркотиков в художественном произведении при условии, что это оправдано жанром, однако критерии такой «оправданности» прямо не закреплены. В результате оценка будет зависеть от экспертиз и судебного усмотрения, а граница между допустимым художественным приемом и запрещенной пропагандой остается неформализованной.

Екатерина Петрова — литературная обозревательница интернет-газеты «Реальное время», ведущая телеграм-канала «Булочки с маком».