Владимир Путин: «Момент, когда ничего нельзя будет изменить, может наступить очень быстро»

О новой реальности, затрагивающей все сферы жизни

В начале речи российский лидер подчеркнул, что Востоку и Западу, Северу и Югу рано или поздно предстоит договариваться о принципах формирования нового мирового устройства. Однако сейчас актуальны другие задачи, куда более срочные и острые. По его словам, «надо подумать прежде всего, как сохранить глобальный мир и безопасность прямо сейчас, в условиях, когда многие прежние нормы права отброшены, а новые пока не появляются».

Мир подошел к решающему, поворотному моменту развития, подчеркнул Путин.

— И дело далеко не только в политике, политика, как всегда, производная от глубоких изменений. Перемены происходят во всех областях — от практически любых технологий до социальной структуры обществ, от климата до медицины, от военного дела до биоэтики, от вопросов будущего энергетики до демографических изменений, от всеобщей цифровизации и искусственного интеллекта до абсолютно новых моделей экономического развития, — считает он.

Человечество еще не полностью осознало калибр вызова, с которым сталкивается, заявил президент России:

— Это начало совсем новой, абсолютно новой реальности. Угрозы и опасности тесно переплетены с возможностями и перспективами, они при этом неотделимы друг от друга. Меняется вся наша жизнь. <...> Главное, изменения затрагивают биологическую и морально-нравственную природу человека, его сущность, образ нашего существования, основы мировоззрения.

О продолжении конфликтов, которое «весьма вероятно»

— Какой бы сценарий ни реализовался в мире в предстоящие годы, продолжение международных конфликтов, к сожалению, весьма вероятно. В частности и потому, что идущие кардинальные сдвиги и открывающиеся здесь возможности стимулируют, подпитывают амбиции, готовность рисковать ради кажущегося крупным выигрыша, — констатировал Путин.

В то же время он выразил уверенность, что в стратегической перспективе по мере ухода от западной гегемонии мировая ситуация будет постепенно меняться в лучшую сторону. Однако на пути к многополярному мироустройству ждут разного рода риски для государств, сообществ, каждого конкретного человека.

О критике ООН

Путин напомнил о том, что сегодня звучат критические оценки в адрес ООН. Отчасти это связано с тем, что организация управляется «куда менее коллегиально и демократично, чем было задумано»: большое влияние имеет ограниченная группа стран Запада.

— Мы последовательно выступаем за то, чтобы структура ООН отражала всё многообразие мира, чтобы гораздо более существенную роль в организации играли страны Азии, Африки, Латинской Америки, Ближнего Востока. При этом важно иметь в виду, что трансформация ООН — это отнюдь не только расширение Совета Безопасности и другие меры по более сбалансированному географическому представительству стран в органах международного управления, это и новое наполнение, содержание работы организации, приоритетные направления ее деятельности, включая перспективные, тем более что мировые изменения создают очень много новых дилемм, которых раньше просто не было, — подчеркнул президент России.

О цифровом тоталитаризме — тупиковом, мрачном и антигуманном

Путин упомянул обсуждаемую сегодня «бережную цифровизацию» — отказ от неконтролируемого внедрения ИИ в важные для нравственного развития человека сферы.

— Эксперты всё чаще с тревогой говорят о том, что распространение искусственного интеллекта может стать очередной попыткой привести всех к общему знаменателю, к обезличиванию — теперь через использование кем-то настроенных алгоритмов. Такой цифровой тоталитаризм будет таким же тупиковым, мрачным и антигуманным, как и известные нам примеры тоталитарных обществ прошлого, — заявил он.

Об ограничениях БРИКС

Новые международные сообщества, безусловно, имеют большие перспективы, будь то различные региональные объединения или общемировые структуры, например, БРИКС, считает Путин.

— Однако надо признать, что всем им предстоит большая работа по определению своего функционала, оптимальных сфер его приложения, пределов собственных возможностей. Ожидать от относительно недавно возникших структур, что они быстро выстроят окружающий мир, оформят его многополярную модель, конечно же, не стоит. Это долгий и тернистый путь со многими неизвестными, но он, без сомнения, приведет к результату, — заверил он.

Об ответе тем, кто думает: «Россия говорит о мире, а сама начала войну»

— Знаю, конечно, что у части экспертного сообщества возникнет вопрос: вот Россия говорит о мире, а сама начала войну. <...> Правда в том, что это не мы хотели и не мы начали воевать, а с нами начали воевать. Не надо было годами поощрять агрессивный национализм и русофобию на Украине с целью превращения ее в инструмент борьбы с Россией. Не надо было НАТО начинать военное освоение наших исторических территорий в интересах самой организации, планировать там свои базы. Не надо было подталкивать радикалов в Киеве к государственному перевороту, а затем созданный таким образом незаконный по сути режим накачивать самыми разнообразными наступательными вооружениями. Не надо было составлять планы организации концентрационных лагерей для жителей Донбасса и Крыма. Не надо было давить танками, закидывать ракетами, расстреливать с самолетов и живьем жечь безоружных людей только за то, что они русские по национальности и по духу, — сказал Путин.

Россию сознательно поставили в ситуацию, в которой она была вынуждена защищать себя с оружием в руках, резюмировал он.

О применении ядерного оружия: «Если висит ружье, оно выстрелит. Мы должны иметь это в виду и избежать этого»

— Масштаб и скорость происходящих в мире изменений беспрецедентны. Мы должны отдавать себе отчет в том, что момент, когда ничего уже нельзя будет изменить, может наступить очень быстро и неожиданно для всех. Просто окажется, что логика нарастающих взаимных жестких ответов ведет к фатальной необратимости, — заявил Путин.

Эскалация боевых действий и введение санкций никогда не бывают односторонней. На провоцирующие шаги одних следует ответ других, говорит он.

— Это путь к краю пропасти. Тем более сегодня, когда в арсенале ведущих держав мира имеется вооружение, способные уничтожить все живое или как минимум довести Землю до катастрофического состояния. Можем ли быть уверены, что это оружие никогда не будет применено? Ну конечно нет. Мы же знаем с вами известное высказывание: если ружье в начале спектакля на сцене висит где-то на стене, оно обязательно в конце выстрелит. Мы должны иметь это в виду и избежать этого, — сказал российский лидер.

Чем бескомпромисснее противодействие, чем более открыто заявляется цель «стратегического поражения» противника, тем выше шанс на переход сражения в самую жестокую фазу. Законы борьбы за выживание действуют не только в живой природе, но и в социальных сообществах, если их ставят перед перспективой утраты самостоятельности, достоинства и даже права на существование, добавил президент.

О пересмотре правил ведения войны

Сегодня ИИ все больше используется в военной сфере, в том числе самостоятельно принимает решения. В дальнейшем алгоритмы будут брать все больше ответственности, заявил Путин.

— Пределы использования технологий ИИ в сфере безопасности — это вопрос выживания человечества. <...> Нужна непредвзятая дискуссия о современном ведении вооружений борьбы, — считает он.

По его словам, автоматизация и цифровизация войны ведет к дегуманизации ее восприятия, превращения гибели людей в своего рода компьютерную игру. А это путь к одичанию человечества под аккомпанемент разговоров о технологическом прогрессе.

О готовности отвечать зеркально в Мировом океане

В ходе дискуссии после выступления президент сообщил: Россия в ответ на агрессивное поведение готова действовать зеркально в любых частях Мирового океана.

— Есть и другие территории Мирового океана, и мы будем действовать зеркально, может быть и на Балтике, в Атлантическом океане. А может быть на Тихом, где-то в Индийском, я не знаю. Где нам будет выгоднее, там и будем действовать, — сказал он.

О национализации европейских предприятий

Утверждения о национализации активов европейских компаний Путин назвал ложью и провокацией.

— Мы ничего ни у кого не забираем, не крадем и не национализируем. Некоторые предприятия переходят под временное управление. Западные собственники получат их обратно при благоприятном сценарии, — сказал он.

По его словам, внешнее управление ввели при создании условий, «при которых в случае национализации или, по-другому как угодно назвать, грабежа наших компаний, мы смогли бы зеркальным образом ответить».