Алексей Федорченко: «Меня всегда, когда я смотрю кино, раздражает присутствие камеры»

«У нас насмешки чаще всего нет»

Модератором встречи стал писатель Денис Осокин, с которым Федорченко делал фильмы «Овсянки», «Небесные жены луговых мари», «Ангелы революции», «Новый Берлин» (все 18+). Впрочем, драматург сходу отметил, что его вмешательство в беседу будет минимальным, назвал Федорченко «лучшим режиссером Европы», добавив, что это не только его мнение. А уже скоро (а точнее 29 сентября), напомнил Осокин, у Федорченко юбилей — 60 лет.

— Это фильмы очень странных жанров, которые вы, наверное, скорее всего, не видели, потому что они редко выпускаются в мире, — начал разговор Федорченко, указав, что обычно многие его картины называют «мокьюментари», то есть псевдодокументалистикой, «насмешкой над документом». — Хотя у нас насмешки чаще всего нет. Мне больше нравится название «найденные пленки».

Один из этих фильмов вышел в 2004-м, «Первые на Луне», с которого отсчитывается игровая фильмография Федорченко. А в Казань он, в частности, привез «Колбасу Митрофана Аксенова».

— Митрофан Аксенов был замечательным русским философом, незаслуженно забытый, — рассказал режиссер. — Я его случайно нашел. Серьезно занимаюсь коллекционированием книг, и на одном из аукционов увидел книжку, которая называется «Смерти нет», автор Митрофан Аксенов, 1906 год. Я стал искать о нем какие-то сведения, и оказалось, что о нем ничего неизвестно.

При этом человек-то был уникальный, который предвосхитил теорию относительности Эйнштейна на несколько лет до автора, отметил Федорченко.

О любви к искусственному интеллекту

Федорченко рассказал, что у него совместно со сценаристом Лидой Канашовой вышла книга «Начальник сказок», 50 мини-рассказов о репрессированных советских ученых. Книга родилась также из коллекционирования: режиссер много лет собирает книги жертв режима — ученых, писателей.

— Это пятьдесят сказок о людях, которых непростительно забыли, — рассказал Федорченко. — Дело в том, что репрессировали профессиями: была кампания по биологам, геологам, востоковедам, археологам, историкам, было дело глухонемых, пятьдесят человек расстреляли. Когда берешь эти прижизненные издания с автографом, находишь биографию, библиографию, названия уникальных книг, где заголовки читаются как стихи, ты понимаешь, что это поколение — целый пласт. Я их называю эльфами, это люди, которые совершенно другие для нас.

Последние несколько лет Федорченко активно использует в кино искусственный интеллект, поэтому «Реальное время» спросило о причинах такого интереса. Это прекрасный инструмент для режиссера, ответил гость, при этом в текстах он не советовал бы его использовать — «очень вредно и неправильно». А вот в видео ИИ можно показывать по-разному.

— В «Колбасе Митрофана Аксенова» есть образцы этого несовершенства искусственного интеллекта, его «мастерства», которое превращается в стиль, в интересную картинку, — объяснил режиссер. — Знаете, раньше все смеялись над тем, когда ему даешь задание и он там приделывает вторую голову, четвертую ногу. Мне это очень нравилось, и я как раз это использовал.

Сейчас Федорченко подсел на китайские микродрамы длиной в пять-десять минут, которые полностью нарисованы искусственным интеллектом, но смотрятся при этом как постановочное игровое кино.

— Я не сомневаюсь, что через два-три года для киноактеров наступит очень тяжелый период, потому что это гораздо дешевле, сподручнее для продюсеров — сделать актеров графикой, — резюмировал режиссер.

Корпоративное кино и путешествия по Латинской Америке

Предпоследний фильм Федорченко — «Мифы о Гефесте, Боге и стройотряде», посвященный истории строительного отряда «Гефест» Уральского политехнического института. Он и сам был бойцом «Гефеста» в 1980-х, а его комиссаром был человек из списка Forbes Дмитрий Пумпянский.

— Мне заказали такой фильм об отряде, о юбилее, — сказал Федорченко. — И поскольку никакой задачи, кроме этой, никакого давления не было, мне полностью доверяли, я за это дело взялся. Получился фильм отнюдь не заказной, не корпоративный, нам удалось сделать поколенческое кино, фильм о поколении. Неожиданно для меня он идет на многих фестивалях, он побеждает… Там я также очень серьезно использовал искусственный интеллект, кроме обычной анимации, с помощью которой нарисована вся история Гефеста-бога.

Для «Большие змеи Улли-Кале» он выбрал из 35 человек девять, которые сняли истории об отношении России и Кавказа в жанре немого кино.

— Это была модная тема. Конец девятнадцатого века, после окончания Кавказской войны многие ехали на Кавказ и много чего там снимали, — объяснил режиссер. — Была мода на одежду, бижутерию, ювелирные украшения из кавказских жужелиц, сюда привозили их тысячами. Это и документальное кино, и анимация, и салонное кино. То есть визуально это пир духа. Приходите, не пожалеете.

И добавил, подводя зрителей к показу «Нового Берлина»: «Меня всегда, когда я смотрю кино, раздражает присутствие камеры. То есть я знаю, что здесь стоит камера, а за камерой двадцать человек стоит и снимает эту эротическую сцену. Это профдеформация. Я понимаю, что актер видит камеру, он играет на камеру. И я постарался камеру сделать героем. Почему камера в этот момент находится в кадре? Почему герой ее видит?»

«Новый Берлин» стилизован под видео, снятое отцом и дочерью в Латинской Америке — в дороге они пытаются найти следы тети, исчезнувшей на корабле «Глория». Федорченко прочел об этом в газете — «Тайна пятисот пропавших девственниц». При этом предваряет путешествие короткий монолог «матери» российской документалистики Марины Разбежкиной: «Реальность не может быть передана стопроцентно на экране. Реальность это вы».

— Я Денису говорю: классная история, давай писать. Денис долго раскачивался, долго, наверное, до года, мне кажется, — рассказал Федорченко. — Потом неожиданно придумал уникальную историю, которую вы увидите. Сценарий был готовый, но меня не устраивало то, что он был неполнометражный, минут на сорок-пятьдесят. Мы дописали еще одну часть и стали искать деньги, почти десять лет. Сложность в том, что фильм должен сниматься в Южной Америке на испанском языке. Сейчас, понятно, это невозможно вообще, а тогда тоже было очень сложно найти деньги на такие условия. Но удалось.

— У нас очень хорошая атмосфера на площадке, — подытожил режиссер. — Многие московские актеры не хотят уезжать. Они остаются и говорят: можно мы с вами тут до конца съемок побудем, бесплатно? Мы будем помогать, чай делать. И остаются, потому что у нас не кричат, не матерятся на площадке, что для московской группы фактически невозможно.

Через две недели у Федорченко выйдет новый фильм на фестивале «Послание человеку» — «Приключения мозаик».