Айдар Сайфуллин: «Без госпрограмм рынок упал бы еще сильнее»
Дилер сельхозтехники — о спросе, тенденциях и проблемах в отрасли
По итогам 2026 года продажи российской сельхозтехники могут упасть более чем на 15%, считают эксперты рынка. Снижение показателей происходит уже третий год подряд. 84% опрошенных Ассоциацией дилеров сельскохозяйственной техники назвали слабый спрос главным негативным фактором, еще 44% — высокую стоимость кредитования. Восстановился ли рынок после введения санкций и как изменились схемы покупки техники — в интервью «Реальному времени» рассказал Айдар Сайфуллин, генеральный директор ООО «АЙСАН», компании-поставщика сельскохозяйственной и коммунальной техники.
«Проблемы в сельском хозяйстве напрямую отражаются и на нас»
— По данным статистики, более чем у 50% дилеров в первом полугодии 2026 года снизилась выручка. Как изменился оборот вашей компании?
— Если сравнивать несколько последних лет, то рентабельность остается примерно на одном и том же уровне. В 2024 и 2025 годах — 11%. По итогам периода с января по сентябрь 2026 года этот показатель сохраняется. Что касается выручки, то в прошлом году она выросла примерно на 45%. По итогам текущего года мы также ожидаем неплохих результатов. Что касается общей статистики, тут надо понимать, что речь в первую очередь идет о самоходной технике (тракторах и комбайнах), где рост цен очень ощутимый, мы же занимаемся в основном прицепной и навесной техникой, где ситуация более стабильная.
— Как изменился спрос на сельхозтехнику? С чем вы это связываете?
— Здесь опять-таки надо разделять спрос на самоходную технику и на прицепную, так как ситуация принципиально отличается. Ели спрос на тракторы и комбайны уменьшился на 30—40%, то с прицепной и навесной техникой дела обстоят гораздо лучше. А по отдельным позициям мы отмечаем даже рост.
Падение спроса наблюдается по отдельным видам техники и оборудования, что объясняется ситуацией в АПК в целом. Проблемы в сельском хозяйстве напрямую отражаются и на нас. К примеру, возьмем пресс-подборщик, который собирает, прессует и формирует рулоны сена. Спрос на них в этом году несколько упал. Тут есть ряд причин. И самое главное — падение цен на молоко, скота стало намного меньше, и хозяйствам уже не надо заготавливать так много сена. В связи с тем, что в деревнях стали меньше держать коров, спрос на доильную технику сильно упал, а было время, когда она была очень популярна. Зато спрос на жатки для уборки кукурузы и подсолнечника повысился. И это тоже связано с тем, что происходит сейчас в АПК. Не секрет, что многие аграрии отказываются от зерна в пользу высокомаржинальных культур.
«Покупка техники на собственные средства теперь редкость»
— Какими способами аграрии сегодня приобретают технику? Какие кредитные схемы работают и как это повлияло на вашу компанию?
— Прямая покупка техники на собственные средства — теперь редкость. Это могут себе позволить только отдельные хозяйства с грамотным управлением. Сегодня основные схемы покупки — это лизинг и госпрограммы. Росагролизинг — главный канал сделок. Средства предоставляются даже при авансе в 0%, среднегодовое удорожание составляет 6%, срок до 7 лет. В 2026 году по этой линии выделено более 15 млрд рублей из федерального бюджета. А Татарстан — абсолютный лидер в реализации этой программы. Кроме того, существует льготный лизинг через коммерческие лизинговые компании, прямое субсидирование цены, «программа 1432», когда при покупке отечественной или белорусской техники предоставляется скидка в 10—15%, а на прицепную и навесную технику — 16,5%. Также льготное кредитование АПК, по ставке для аграриев — 6—7%.
Действуют и республиканские программы. Например, 70/30 — это мера господдержки сельхозтоваропроизводителей и предприятий агропромышленного комплекса. Ее суть в том, что государство частично компенсирует затраты на покупку новой техники, оборудования и грузового транспорта. 30% от стоимости возвращает впоследствии государство. Мы аккредитованы во многих программах и можем с уверенностью сказать, что сейчас спрос сместился в сторону льготных каналов. Однако лимиты господдержки сокращаются, деньги быстро заканчиваются. Раньше ситуация была другой — многие могли позволить покупать на собственные средства или брать коммерческие кредиты. А сейчас коммерческие кредиты при ставке 20—25% практически недоступны для аграриев.
— Насколько изменились цены на сельхозтехнику?
— Общий рост цен на сельхозтехнику за последние три года — от 40 до 90%, по данным Минпромторга. Доходит и до 100%. Но на прицепную и навесную технику динамика несколько иная, чем на самоходную. Здесь рост цен меньше, чем на тракторы и комбайны, и составляет в среднем 30—50%. Это и понятно — прицепная техника технологически проще, в ней нет дорогой электроники, гидравлики, двигателей, которые нужно импортировать. Соответственно, санкции и замена компонентов ударили по ней слабее.
Причин повышения цен несколько. Это и рост стоимости металла, повышение утилизационного сбора, удорожание логистики и комплектующих, рост налоговой нагрузки, что в конечном счете отражается на итоговой стоимости.
«Аграрии выбирают ремонт вместо покупки»
— Как на рынок повлияли санкции?
— Санкции изменили рынок кардинально. До 2022 года западные бренды занимали около 20% рынка. Сейчас прямых поставок нет. Как результат, самые крупные производители были вынуждены заменить несколько тысяч компонентов и поднять цены. Производители перешли на компоненты из Китая, Турции, Индии. Сроки поставки запчастей для импортной техники выросли в 3—4 раза. Появился параллельный импорт, цены на запчасти выросли на 30—100%. По прицепной и навесной технике санкции ударили меньше всего — в этом сегменте российские производители и до 2022 года занимали сильные позиции. Плуги, бороны, культиваторы российского производства по качеству вполне конкурентоспособны.
Мы занимаемся обслуживанием и поставкой запчастей. Ситуация с комплектующими напряженная, но не критичная. Правда, их стоимость увеличилась практически на 100%. По отдельным позициям российские заводы уже выпускают приемлемые аналоги ремкомплектов и расходников.
По Татарстану ежегодная потребность аграриев в запчастях оценивается в 6,7 млрд рублей. Спрос на комплектующие вырос почти в 6 раз — аграрии выбирают ремонт вместо замены. Мы видим это на собственном опыте, обращений стало значительно больше.
— Смогли ли российские заводы наладить производство так, чтобы заменить зарубежную технику? В каких направлениях это получилось, в каких еще нет? Произошло ли полноценное импортозамещение?
— По прицепной и навесной технике импортозамещение — это, пожалуй, самый успешный сегмент. Если по тракторам и комбайнам мы еще сильно зависим от импорта, то по прицепной технике российские заводы работают хорошо. К примеру, получилось удачно заменить плуги, бороны, культиваторы, которые сейчас локализованы на 80—90%. Также у нас успешно производят посевные комплексы, косилки, пресс-подборщики, грабли, машины для внесения удобрений, кормораздатчики, оросительную технику. В то же время есть позиции, по которым импортозамещение идет медленнее. Речь идет о сложной прицепной технике — здесь зависимость от импорта сохраняется. Минсельхоз ставит цель довести долю российской техники на рынке до 80% к 2031 году.
Китайские бренды заняли часть освободившейся ниши, но сейчас интерес аграриев к ним снижается. Техника из Китая быстро изнашивается в российских условиях. У нас тоже был опыт работы с китайской техникой. С мини-тракторами проблем не возникало, а вот при работе с крупной техникой выяснился интересный факт, что модернизация, если она идет ускоренными темпами, тоже может иметь побочный эффект. На деле получалось: ты продал трактор, по гарантии к тебе обращаются клиенты, а ты не можешь поставить нужную запчасть, потому что она больше не изготавливается. Ее просто больше нет. А виноваты остаемся мы. В общем, мы отказались от этой идеи, репутация для нас важнее.
— Какие главные тенденции рынка вы можете отметить?
— Тенденций на самом деле несколько. Удорожание техники: отсюда тот факт, что аграрии ограничили покупку дорогих тракторов и комбайнов, предпочитая их ремонт, но продолжают закупать плуги, бороны, культиваторы, косилки, пресс-подборщики. Фермеры делают ставку на то, что проще заменить, чем восстановить. Старение парка: по статистике, почти 60% тракторов и около 45% комбайнов старше 10 лет. Возникла «отложенная потребность» — аграрии экономят, парк стареет. Лизинг стал главным каналом покупки. Без государственных программ рынок упал бы еще сильнее. Спад продаж, о котором мы говорили. Дефицит кадров: найти квалифицированного сотрудника нелегко.
— Как будет развиваться ситуация на рынке в будущем, по вашему мнению?
— Признаться, говорить о чем-то с полной уверенностью сегодня практически невозможно. Ближайшая перспектива — 2026—2027 годы — выглядит непросто. Одни эксперты ожидают стабилизации на уровне 2025 года, другие — дальнейшего падения на 15% и более.
Выровнять рынок могло бы восстановление цены на зерно и молоко, а также снижение ключевой ставки, тогда бы кредиты и лизинги стали доступнее.
Для нас, как компании, актуальная стратегия — продолжение работы по основному направлению. У нас есть договорные обязательства перед заводами, официальными дилерами которых мы являемся, мы должны их выполнить. Кроме того, мы планируем расширение сервисного направления, работы с запчастями, потому что ремонт вместо замены техники будет актуален еще минимум 2—3 года. Чтобы остаться на плаву, мы расширяем ассортимент, перечень услуг — и надеемся на лучшее.