Оркестр театра Камала увековечит наследие Салиха Сайдашева
Дедлайна нет, планы грандиозные: коллектив впервые ведет запись произведений основоположника татарской симфонической музыки
Оркестр театра Камала работает над первой масштабной аудиозаписью, цель — зафиксировать все доступное наследие первого дирижера и основателя музыкального коллектива Салиха Сайдашева. Далее, вероятно, продолжит работу и над остальными классическими произведениями. Сейчас оркестр испытывает пространство театра как записывающую студию, а также проводит концерты, которые тоже записывает.
Пишем в Универсальном
С 1 сентября симфонический оркестр Камаловского театра погружен в масштабную работу. В Универсальном зале под управлением главного дирижера и художественного руководителя Данияра Соколова музыканты записывают произведения Салиха Сайдашева. За звук отвечает штатный звукорежиссер Ильнар Кульмаметов. «Реальное время» побывало в театре на второй неделе работы — за день до концерта «Театр & Музыка. Салих Сайдашев».
Универсальный зал, в целом, за год оправдал свое название: здесь не только играли спектакли, но и устраивали показы моды, и закрывали фестиваль «Алтын минбар». Здесь снимали сериал «Золотые буквы» к 120-летию театра. А сейчас это звукозаписывающая студия. В зале спокойно разместился весь оркестр. Высоко над головой Соколова — три микрофона. Еще два стоят прямо за ним. Два других направлены на струнные. И один специально записывает деревянные духовые инструменты.
Соколов отмечает, что они тут еще и экспериментируют: до этого записывали отдельными микрофонами каждую группу инструментов. А завтра и концерт запишут тем же способом. Тут же дирижер напоминает, что помимо работы он все эти годы учился — в Санкт-Петербургской консерватории имени Н.А. Римского-Корсакова! 27 мая сдавал экзамен — дирижировал оперой Чайковского «Евгений Онегин».
— Пять лет провел в Санкт-Петербурге. И коллеги, и профессора меня все время спрашивали про Казань: что, где, какие ноты есть, что можно послушать, — говорит Соколов в перерыве. — Я им на словах все это рассказывал, что-то привозил, показывал. И все эти годы в голове вертелось, что надо как-то начать записываться. А с чего начать-то? Надо начать с нашего основоположника — Салиха Сайдашева.
В «студии» кипит работа — иногда над одним и тем же фрагментом бьются подолгу, не без юмора, без которого не обойтись при долгой записи. «Это танцевальная музыка», — внезапно замечает Соколов, чтобы указать на ритмическую четкость исполнения. Или берет ноты и играет фрагмент для духовых на фортепиано. В этот момент SММ и PR-менеджер оркестра, она же скрипачка Маргарита Леушина-Царева начинает «собирать контент», чтобы успеть занять место к записи следующего произведения.
«Чем проще кажется, тем сложнее записать»
Большая цель оркестра — записать все доступное наследие Сайдашева. И какие-то миниатюры в день прихода журналистов фиксировали, в частности мелодию «Аниса», и крупные произведения. В планах — сыграть всю драму «Наемщик». И всю музыку из «Голубой шали», причем с актерами, благо в театре многие с консерваторским или средним специальным образованием. У Сайдашева не так-то много сохранилось — доступные ноты опубликованы в 2000—2004 годах в трех томах сочинений.
— Чем проще кажется, тем сложнее записать. Чем все прозрачней, тем сложнее — тут все слышно, каждый нюанс, — делится подробностями Соколов. — Можно целый день заниматься двумя фразами.
Некоторые произведения необходимо оркестровать — это делает и сам Данияр, и второй дирижер Иван Веретельный, и другие музыканты. Помимо личных амбиций, у Соколова с оркестром есть и госзаказ: в год они должны фиксировать 20 произведений классиков и современников. Очевидно, что в первый раз в эту двадцатку войдут шедевры Сайдашева.
— Вообще, мне сложно, — говорит дирижер. — Я впервые этим занимаюсь, никогда ничего не записывал. Хочется, чтобы это было качественно поэтому над каждым маленьким произведением очень долго работаем. Сейчас мы пишем все, что у нас есть. Здесь и постоянно звучащие произведения, и новые симфонические. Плюс мы взяли Алмаза Монасыпова — «Музыкальное приношение Салиху Сайдашеву». А также Рената Еникеева. Кроме того, ребята сейчас ищут произведения композиторов, которые оркестровали Сайдашева. Это, возможно, будет еще один этап работы. А сейчас задача — записать все приближенно к тому, что было у него.
Дальше — винил?
Беседу слушает художественный руководитель Ильгиз Зайниев и напоминает, что из редкого в театр вернулась музыка к драме «Ил» («Родина»). А Соколов размышляет, что записи можно издать и на виниле. В любом случае на официальном сайте театра хорошо бы завести отдельную музыкальную страницу — не только с аудио, но и с аннотациями и комментариями.
Салиха Сайдашева сейчас, за исключением нескольких песен, практически нет на легальных аудиосервисах. В целом с представленностью татарского классического наследия в интернете — беда.
Разумеется, энтузиастов спасает «ВКонтакте», где находятся записи из радиофонда республики, когда, к примеру, Государственный академический симфонический оркестр РТ не только играл, но и записывал татарскую музыку для публичного прослушивания. Большой проблемой для таких запросов в последние годы оставалось отсутствие бюджетного студийного пространства — так что, возможно, наличие своего Универсального зала, который сейчас в театре стараются максимально отдавать под нужды оркестра, решит эту проблему.
Музыка Салиха Сайдашева, поскольку с момента его смерти прошло более 70 лет, стала общественным достоянием. Впрочем, отмечает Соколов, оркестру удалось наладить диалог со многими наследниками. Так что есть шанс, что дальше придет черед записей Рустема Яхина, Султана Габяши, Фарида Яруллина, Назиба Жиганова, Сары Садыковой и многих других.