Пурпурная проза распада

Писатель, который сделал из семьи модель Америки

Рик Муди родился в Нью-Йорке 18 октября 1961-го, но уже в два года переехал с семьей в Коннектикут и большую часть детства провел в городах округа Фэрфилд. В шестом классе Рик прочитал «Старика и море» Эрнеста Хемингуэя и после этого начал читать его книги одну за другой. Рядом с Хемингуэем у него шли Толкин, Хайнлайн, Сэлинджер и Фицджеральд.

Муди вспоминал, что в детстве с ним «ничего особенно интересного» не происходило. Единственное, что отличало Рика от других детей, — он «читал как маньяк». Позже он изучал английскую литературу и писательское мастерство в Брауновском университете у Роберта Кувера, Анджелы Картер и Джона Хоукса, а затем получил степень магистра изящных искусств в Колумбийском университете.

Первые рассказы Муди начал писать еще в подростковом возрасте, а в 1992 году вышел его первый роман «Садовый штат», который получил премию редакторов Pushcart Press. В 1994 году он выпустил роман «Ледяной шторм», а в 1995-м — сборник рассказов «Кольцо самых ярких ангелов вокруг рая». В апреле 1997 года появился третий роман — «Пурпурная Америка». На раннем этапе Муди особенно занимала жизнь людей, которые после колледжа не понимали, что делать дальше. При этом он не сводил развитие своей прозы к одной последовательной программе. Оглядываясь назад, писатель говорил, что такие оценки превращают историю собственного творчества в «игру ретроспекции». По его словам, он просто «стал лучше».

На формирование Муди как писателя сильно повлияла школа американских экспериментаторов 1960—1970-х годов. В Брауновском университете Джон Хоукс, по словам Муди, особенно настойчиво боролся с его ранней склонностью к «поверхностному комизму» и стремлением добавлять в текст шутки ради самих шуток. Хоукс помог ему избавиться от этой особенности. Сам писатель объяснял свой интерес к разным формам влиянием Кувера, Картер, Хоукса и других экспериментальных авторов. Они сделали широту замысла и амбицию важной частью своей литературной работы. Поэтому определение Муди как хроникера пригородной тоски описывает только часть его прозы. Критики отмечали его постоянный интерес к языку и форме, а сам Муди говорил, что при работе над книгой использует «всю свою личность».

При этом Муди действительно снова и снова обращается к американской семье, пригородной жизни, зависимости, измене, болезни, вине и ответственности. «Ледяной шторм» исследует супружескую измену, «Садовый штат» — нарушения этики среди людей, связанных с наркотиками, а «Пурпурная Америка» — желание избежать ответственности за человека, утратившего самостоятельность.

Частная катастрофа: тело, семья, любовь и вина

Хекс Рейтлифф приезжает в Коннектикут к матери — Билли. Из-за дегенеративного неврологического заболевания она теряет контроль над кишечником, мочевым пузырем и речью. Лу Слоун, второй муж Билли, уже оставил семью. Теперь Хекс должен принять на себя то, от чего другие пытаются уйти. Но Муди сразу усложняет этот выбор: Билли сама просит сына помочь ей умереть, когда она больше не сможет пользоваться компьютером для общения. Писатель сознательно поставил героя в ситуацию, где болезнь матери соединяется с трудностями Хекса. По словам Муди, именно такое максимальное давление обстоятельств и создает драму.

Хекс не выглядит человеком, который готов взять на себя такую ответственность. Он алкоголик, заикается и с трудом справляется с собственной жизнью. В детстве он получил прозвище Хекс из-за того, что буква «х» давалась ему легче, чем «д» в его настоящем имени Декстер. Он вырос в обеспеченной семье, получил наследство и стал не слишком успешным журналистом-фрилансером. В прошлом Хекс пытался покончить с собой, а теперь сохраняет подростковую склонность к потаканию себе и способность самому создавать новые проблемы. При этом Муди не захотел делать из него типичного неудачника. В интервью BOMB Magazine он говорил, что стремился писать об «обычных людях», и не считает обязательным создавать героев, которыми читатель должен восхищаться.

— Если говорить правду о человеческой психологии, люди в итоге вызывают сочувствие.

С телом Билли Муди связывает и главную проблему романа — потерю речи. Болезнь почти лишает женщину возможности говорить, поэтому семья покупает ей компьютер с синтезатором речи. Хекс долго выбирает слово, которое должно передать его чувство к матери, и нажимает «аллилуйя». Но голос компьютера звучит как безличный голос науки и техники. Билли слышит искусственную женскую речь, которая воспроизводит выбранные сыном слова.

Хекс и Лу пытаются убедить ее принять подарок. Лу говорит, что она должна стараться, потому что они ее любят. Хекс предлагает добавить новые голоса и сравнивает их с дополнительными шрифтами на компьютере. Билли в ответ отказывается пользоваться устройством. Муди считает проблемы коммуникации «неотъемлемой частью человеческой природы». Писатель отмечал, что никогда не был хорошим собеседником, поэтому его литературный голос стал противоположностью его разговорной речи — голосом, который невозможно произнести вслух.

Отношения Билли, Хекса и Лу не укладываются в простую схему «любовь против равнодушия». В одной сцене каждый из троих одновременно поступает хорошо и плохо. Билли защищает свое достоинство, когда отказывается от помощи близких. Лу хочет помочь жене, но его слова о необходимости «постараться» связаны и с усталостью от многолетней заботы. Хекс жалеет мать, злится из-за собственной беспомощности и пытается компенсировать ее страдание разговорами о возможностях компьютера.

Такое сочетание мотивов не позволяет роману перейти к морализаторству. Муди показывает в одном поступке привязанность, раздражение, вину и желание избавиться от ответственности. Слишком амбивалентно, чтобы быть очевидным. Сам писатель тоже говорил, что не стремился заранее распределять вину между персонажами. В истории Хекса решение помочь матери умереть возникает из уже сложившейся ситуации, а не из заранее придуманной автором схемы.

Любовь в «Пурпурной Америке» постоянно упирается в пределы человеческой речи и способности заботиться. Хекс любит мать, но не может нормально говорить с ней. Билли сохраняет волю и достоинство, но болезнь отнимает у нее привычный способ выражать себя. Лу любит жену, но одновременно хочет уйти от жизни, которую больше не выдерживает. Муди сознательно помещает этих людей в один замкнутый кризис и заставляет их принимать решения, от которых нельзя отделить любовь, вину и ответственность. Муди дает своим героям возможность проявить все человеческие импульсы — и самые разрушительные, и самые неожиданные. Семейная история в романе развивается вокруг вопроса о том, что человек делает, когда любовь уже не позволяет ему остаться в стороне.

Национальная катастрофа: «ядерная семья», Америка и язык

Рейтлиффы живут рядом с атомной промышленностью. Отец Хекса участвовал в разработке ядерного оружия во время войны, а его отчим Лу Слоун работает на атомной электростанции. Семейный кризис соединяется с историей американской ядерной индустрии. В интервью The Missouri Review Рик Муди рассказывал, что уже в процессе работы понял: в «Пурпурной Америке» «нуклеарная семья действительно была ядерной». (В английском языке получилась игра слов: nuclear можно перевести и как «ядерный», и как «нуклеарный».)

Эта связь выводит историю Рейтлиффов за пределы семейной драмы. Герои романа одновременно и участники своей истории, и представители определенной части американского общества. Национальные проблемы в романе не отделяются от проблем персонажей.

Муди связывает частную историю с американской историей и через место действия. Роман остается в пригородном Коннектикуте, но выходит далеко за пределы дома Рейтлиффов. Писатель соединяет конкретные детали с экономическими силами и социальной историей. Один из эпизодов начинается с перечисления людей. Среди них оказываются неудачники, фанатики, наркоманы и люди, потерявшие все. Затем Муди сужает этот масштаб до одного рабочего атомной станции — Дэйва Маккласки. Так Муди постоянно переводит взгляд от отдельного человека к стране — и обратно. Конкретные детали не дают общим рассуждениям превратиться в отвлеченные универсалии, а разговор об экономике, истории и обществе расширяет частные проблемы героев. «Пурпурная Америка» одновременно остается историей семьи в Коннектикуте и рассказывает о более широком мире.

Эту конструкцию поддерживает и язык романа. Первая глава занимает почти пять страниц, а второе предложение занимает почти всю главу. Муди связывает его части повторяющимся словом «кто». В дальнейшем он использует длинные фразы, поток сознания и лексику, которая требует от читателя обращения к словарю. Читатель словно попадает в сознание героев.

Язык романа для Муди неотделим от содержания. Писатель говорил, что язык «радует», что он «удивителен и прекрасен», поэтому его нужно использовать. Он назвал свой стиль более «декадентским». В процессе работы над «Пурпурной Америкой» Рик Муди отказался от прежней манеры писать быстро, как делал это раньше. Здесь он начал использовать большие, закрученные абзацы, а потом переписывать их десятки раз.

Предыдущий роман «Ледяной шторм» критиковали за чрезмерную интеллектуальность, поэтому «Пурпурную Америку» Муди решил сделать насыщенной эмоциями. В первой главе Хекс купает смертельно больную мать. Муди доводит эмоциональную интенсивность почти до уровня оперы. А длинное предложение здесь — это способ, которым писатель рассказывает о героях и их состоянии. Оно передает боль и растерянность персонажей, но иногда затрудняет понимание самого действия.

Пурпур в названии можно понимать по-разному. Роман вышел в 1997 году, задолго до того, как красные и синие штаты стали политическим клише, поэтому смешение этих цветов здесь скорее про Америку, которая не укладывается в простую бинарную схему. Но пурпур — это еще и цвет синяка, след удара, и он напрямую соответствует роману о поврежденном теле матери и поврежденной семье. Часто этот цвет ассоциируется с грозовыми тучами и ядерными взрывами, добавляя катастрофический оттенок. Наконец, есть английское выражение «пурпурная проза» — избыточно украшенное, витиеватое повествование. И название может описывать не только Америку, но и сам стиль Муди, с его пятистраничным вторым предложением.

Издательство: Pollen Press
Перевод с английского: Сергей Карпов
Количество страниц: 352
Год: 2026
Возрастное ограничение: 18+

Екатерина Петрова — литературная обозревательница интернет-газеты «Реальное время», ведущая телеграм-канала «Булочки с маком».