Роман, который переписал карту Британской империи

Империя глазами тех, кого история обычно не замечает

Формально Амитав Гош начинает роман «Стеклянный дворец» с конкретного исторического события — британского вторжения в Бирму в 1885 году и свержения последнего бирманского короля Тибо. Однако уже через несколько десятков страниц читатель понимает, что перед ним не роман о падении одной монархии. История выходит за пределы Мандалая, соединяя Бирму, Индию, Малайю и Сингапур, а затем охватывает почти целое столетие, от последних лет XIX века до последствий Второй мировой войны.

Через судьбы нескольких поколений героев Гош показывает пространство Британской империи, где люди, товары, армии и капиталы непрерывно пересекают границы. Постоянное движение и есть главная тема романа. В результате колониальной экспансии люди теряют дома, разрывают связь с семьей и вновь ищут место, которое можно назвать своим домом.

«Стеклянный дворец» трудно охарактеризовать как обычный исторический роман. Его главный герой — колониальная система, которая соединяет разные страны в единое пространство. Для Гоша не существует изолированной индийской или бирманской истории. Британское завоевание меняет жизнь всех и сразу. Индийские рабочие приезжают в Бирму, индийские солдаты участвуют в британском вторжении, бирманскую королевскую семью отправляют в ссылку в Ратнагири, а богатства страны — тик, нефть и слоновая кость — переходят под контроль империи.

Даже национальная принадлежность персонажей постепенно перестает играть решающую роль. В памяти читателя остаются прежде всего Ума, Долли, Раджкумар или Дину, а не их происхождение. Гош сознательно размывает привычные национальные границы, хотя именно национализм — одна из его главных тем.

Не менее радикально писатель переосмысляет и саму форму исторического романа. Вместо королей и генералов он выводит на первый план сироту Раджкумара, служанку Долли, торговцев, лесорубов, чиновников, солдат и фотографов. Все они принадлежат к тем слоям общества, которых редко выдвигают в центр исторического повествования. Вопросы для читателя здесь задают обычные люди, которым приходится жить внутри больших политических процессов. Эти герои из народа проходят через целое столетие войн и общественных потрясений.

Уже в первых главах двенадцатилетний Раджкумар, случайно оказавшийся рядом, наблюдает падение королевского дома. Он впервые видит Долли среди зеркальных залов дворца, который описан как место с «сотней и сотней комнат с полированными колоннами и блестящими полами», а также «сверкающими хрустальными стенами и зеркальными потолками», из-за которых его и называют Стеклянным дворцом. Глазами мальчика читатель видит унижение королевской семьи и разграбление дворца.

Как колониализм превращает людей в ресурс

Первое, что бросается в глаза в «Стеклянном дворце», — никто не остается на месте. Король теряет трон и отправляется в ссылку. Дворцовая служанка уходит в изгнание. Индийский сирота пересекает Бенгальский залив в поисках лучшей жизни. Солдаты, рабочие, чиновники, предприниматели, беженцы постоянно меняют города и страны. Империя у Гоша существует как огромный механизм, который непрерывно перемещает людей. Недаром король Тибо, наблюдая за происходящим, задает вопрос:

— Какая могучая, непостижимая власть — вот так перемещать огромные массы людей с места на место: императоров, королей, крестьян, грузчиков, солдат, кули, полицейских. Зачем? К чему это неистовое перемешивание — выдергивать людей с одного места и переселять в другое, чтобы возить рикши, чтобы ослепнуть в изгнании?

Амитав Гош в интервью Asia Society объяснял, что именно войны, революции, массовые эвакуации и вынужденные переселения сталкивают историю с частной жизнью, лишая человека возможности «отойти в сторону» и не участвовать в ней.

Герои романа редко выбирают собственный путь. История выбирает его за них. Раджкумар приезжает в Бирму сиротой и становится владельцем лесозаготовительного бизнеса. Долли проводит юность при дворе, а затем десятилетиями живет в индийском Ратнагири рядом с изгнанной королевской семьей. Позже она понимает, что и вернуться уже невозможно:

— Если я сейчас поеду в Бирму, я буду там иностранкой.

Раджкумар приходит к похожему выводу уже в старости:

— Бывают люди, которым повезло закончить жизнь там же, где родились. Но это не значит, что и у нас должно быть так. Наоборот, мы должны быть готовы, что придет время, когда нам вновь придется сниматься с места.

Понятие дома становится чем-то зыбким, неустойчивым. Дом превращается в воспоминание, которое постоянно ускользает вслед за очередным переездом. Движение — главный мотив романа. Оно меняет человеческое представление о собственной идентичности.

Эту же историю Гош рассказывает через природу. Лес в «Стеклянном дворце» никогда не служит красивым фоном. Тиковые леса определяют экономику Бирмы, превращают Раджкумара из бедного мальчика в богатого предпринимателя и становятся основой колониального богатства. За древесиной приходят каучук и нефть, а вместе с ними новые формы эксплуатации. Королева Супаялат еще в начале романа предсказывает судьбу страны: британцы обещают дороги, железнодорожные пути и порты, но сначала вывезут драгоценные камни, древесину и нефть, а затем оставят после себя нищету. Гош фактически описывает единую колониальную экономику ресурсов, где тик, нефть и каучук составляют части одной системы, а лес превращается в сырьевую базу мировой империи.

Писатель подробно показывает работу в тиковых лесах, движение слонов, которые перетаскивают огромные бревна, и плантации, где человек — лишь часть громадной производственной машины. Один из героев говорит о лесозаготовках:

— Взглянуть со стороны, так все такое красивое и зеленое, прямо как лес. Но на самом деле это огромная машина, созданная из древесины и плоти.

Эта метафора относится ко всей империи. Она превращает в сырье и деревья, и животных, и людей. Спустя годы эта связь между природой, капиталом и политикой станет центральной темой публицистики Гоша, прежде всего в книге «Великое заблуждение» (2016), но ее основные идеи уже отчетливо звучат в «Стеклянном дворце».

Почему роман похож на документальное исследование

Еще одна причина, по которой «Стеклянный дворец» производит столь сильное впечатление, — его почти документальная достоверность. Амитав Гош получил образование антрополога и еще до литературной карьеры занимался историческими исследованиями, поэтому к работе над романом подошел скорее как исследователь, чем как беллетрист. В основе книги лежат документы о британском завоевании Бирмы, воспоминания современников, материалы о жизни королевской семьи в изгнании, сведения о торговле тиком и каучуком, о кампании в Малайе и Бирме во время Второй мировой войны.

Но Гош не стремится превратить роман в научпоп. Архивные документы для него лишь отправная точка. Исторические факты оживают тогда, когда начинают определять частную жизнь героев. При этом нет ощущения, что автор хочет показать читателю результаты своего исследования. «Стеклянный дворец» не воспринимается как реконструкция. Писатель органично растворяет огромный пласт исторического материала внутри повествования.

Но роман нельзя назвать безупречным. Его главный недостаток вытекает из масштаба, который в то же время делает книгу выдающейся. Временные рамки произведения растягиваются на семь десятилетий, в которые Амитав Гош вводит десятки персонажей. Многие из них появляются эпизодически, а затем уступают место новым героям. У одних сюжетных линий полноценное развитие, другие же обрываются или иллюстрируют очередной исторический этап.

Кажется, что писатель сознательно жертвует психологической глубиной ради панорамности. Тогда роман напоминает семейную хронику, где движение истории важнее, чем внутренняя трансформация персонажей. Гош местами так увлекается размахом, что люди растворяются в череде исторических событий.

Амитава Гоша интересует, как огромные исторические процессы постепенно перемалывают целые поколения. Персонажи словно проводники для читателя в различные эпохи, от падения бирманской монархии до японской оккупации, от расцвета колониальной экономики до рождения национальных государств. Читатель запоминает ощущение непрерывного движения мира, в котором никто не может остаться в стороне от истории. В этом смысле «Стеклянный дворец» ближе к большим романам XIX века, которые стремились охватить целую эпоху, чем к современной психологической прозе.

Издательство: «Фантом Пресс»
Перевод с английского: Мария Александрова
Количество страниц: 655
Год: 2025
Возрастное ограничение: 18+

Екатерина Петрова — литературная обозревательница интернет-газеты «Реальное время», ведущая телеграм-канала «Булочки с маком».