Рустам Бикмухаметов: «Мы хотим построить в Казани новую обувную фабрику»

«Мы находимся в преддверии новых больших проектов»

— Рустам Ринатович, ваше предприятие открылось 15 лет назад. Чего удалось достичь за это время и что сейчас представляет из себя ваш бизнес?

— С 2011 года из небольшой мастерской мы выросли в группу компаний и на сегодня стали лидерами в своей отрасли по многим направлениям. Производства подобного нашему в России не существует, мы — единственная в России обувная мануфактура, которая внедрила цифровую обработку данных на этапах снятия мерок со стоп клиента, изготовления обувных колодок и стелек, построения и конструирования моделей обуви, обмена данных с партнерами.

Наше производство находится в центре Казани. Кроме того, мы организовали выездной сервис в Москве на «ВЭБ Арене», где нам предоставили ложу. Здесь проходят консультации и замер, точное сканирование стоп. За раз мы принимаем около 20 клиентов. Этим занимаюсь я лично, доверить пока никому не могу, потому что в этом деле очень много нюансов. Ведь если каждый посмотрит на свой гардероб, то наверняка обнаружит, что у него есть несколько пар обуви, которые он не носит. Все дело в неправильной примерке. Даже если человеку в данный конкретный момент кажется, что обувь идеально села, я могу увидеть, что это не так. Есть моменты, которые нужно подправить. Все это приходит с опытом. Кроме того, ранг самих клиентов обязывает присутствовать лично — им приятно, что с ними общается первый человек компании.

— Планируете ли вы масштабировать свой бизнес?

— Да, безусловно. Сейчас мы находимся в преддверии реализации новых больших проектов. Первый связан с высокими технологиями и цифровой коммерцией. Но речь идет не просто о том, чтобы продавать обувь онлайн, мы говорим о совершенно другом подходе. Несколько лет назад нами была разработана программа сканирования стоп и моделирования обувных колодок, аналогов которой нет в России. Цифровой скан стопы и наша программа позволяют создать индивидуальную цифровую колодку, в итоге получается пара обуви, которая идеально подходит человеку. Колодка в нашем деле — это основа основ. Но в одно время мне пришла мысль, что не обязательно фрезеровать эту цифровую колодку. Ее можно просто хранить в облаке данных и дальше использовать для подбора серийной обуви. Благодаря такой системе мы сможем предложить новый уровень продаж обуви, когда клиент, один раз посетив наш магазин и отсканировав стопу, в дальнейшем сможет дистанционно заказывать обувь.

Недавно я вернулся из Италии, и там многие производители говорят: «Вот, все начали носить кроссовки». Их легко покупают дистанционно, так как у кроссовок очень много регулирующих механизмов: шнурки, мягкие тянущиеся элементы верха, эластичная подошва, все это позволяет скорректировать неточности размера. С классической обувью такое невозможно. Мало кто рискнет заказывать ее онлайн. Бывают исключения, но обычно это неудачный опыт. Вместе с тем понятно, что электронная коммерция сейчас преобладает, это современная тенденция, поэтому надо адаптироваться.

Способ реализации такого плана для нас в ближайшем будущем — это создание совместной обувной линейки с одним очень известным итальянским дизайнером.

— Речь идет о совершенно новом производстве или достаточно будет имеющихся мощностей?

— Речь идет об открытии полноценной обувной фабрики в Казани. Сейчас мы находимся на этапе подписания соглашения. Итальянский дизайнер приехал в Казань, благодаря содействию министра культуры РТ Ирады Аюповой. Здесь на производстве он взял в руки нашу обувь и искренне удивился, сказав, что даже в Италии мало мастеров, которые бы делали обувь такого качества, такого уровня. Получить высокую оценку признанного мэтра достаточно сложно.

«Либо мы спасаем «тюльпаны», либо «казанский шов»

Идея создания новой фабрики возникла на фоне поставленной раисом Татарстана Рустамом Миннихановым задачи сохранить наш «казанский шов». Мы занимаемся этим уже давно. Считаю это своей миссией, потому что продолжаю дело своих прадедов. Я полностью согласен с министром культуры, когда она говорит, что гончары, кузнецы, другие ремесленники есть в любом регионе, но «казанский шов» — он только наш, это уникальный культурный код татар. Именно через эту позицию, через его сохранение и развитие можно заявить о себе не только в рамках нашей страны, но и мира.

«Казанский шов» — это определенный способ соединения кусочков кожи. Сейчас его чаще всего применяют в обуви с активным национальным колоритом, которую надевают по особым датам, но не в каждодневном режиме. Стилизованные вещи ограничены в употреблении. Мы же используем «казанский шов» как в обуви с традиционными узорами, так и просто в классических лоферах. Да, безусловно, «тюльпаны» и другие наши национальные узоры — это здорово, но тут надо определиться: либо мы спасаем «тюльпаны», либо «казанский шов». То, что было хорошо 100—200 лет назад, должно сохраниться, но быть адекватным современному миру.

— Когда фабрика может заработать и какие инвестиции понадобятся для ее запуска, по вашим подсчетам?

— Мы думаем, что с момента начала реализации проекта до непосредственного открытия фабрики пройдет около двух лет. Итальянский дизайнер станет соучредителем компании. Инвестиции общие. Кроме того, есть ряд заинтересованных лиц, которые готовы вложиться в этот проект. По нашим расчетам, на начальном этапе для запуска фабрики необходимо порядка 1 млрд рублей. Мы планируем специально под нее строить отдельное здание. Месторасположение — бывший подшипниковый завод в Адмиралтейской слободе. Глава района уже поддержал нашу идею.

Пока мы даже не до конца понимаем, что получится из нашей задумки. Мы вкладываемся и надеемся, что удастся запустить производство. Казалось бы, первым делом нужно расписать четкий бизнес-план. Но я понимаю, что при волатильности рынка, нашей постоянно меняющейся экономике, принимаемым законам, это невозможно. Сейчас мы сами рискуем, сами вкладываемся и просто верим.

— Какого рода изделия будут отшиваться на этой фабрике?

— Как я уже сказал, это обувь, в которой будет использован «казанский шов». Итальянский дизайнер, вдохновившись татарским национальным орнаментом, уже создал несколько моделей. Этот тот же самый татарский узор, но в другой интерпретации. Надо подчеркнуть, что мы говорим о создании фабрики, где труд будет высоко механизированным. Это позволит снизить себестоимость. Сейчас мы свою обувь продавать дешевле не можем. Стоимость пары обуви начинается от 100 тысяч рублей. В эту сумму входит и индивидуальная колодка, и дорогостоящие материалы, и труд мастеров, и весь сервис. В месяц мы можем изготавливать 25 пар. Новая фабрика позволит сделать обувь высокого качества гораздо доступнее. Я предполагаю, что можно будет продавать обувь с «казанским швом» где-то от 25—30 тысяч рублей.

Без перехода на серийное производство мы не сможем сохранить «казанский шов», как бы этого не хотели. Здесь же подразумеваются совершенно другие объемы, это тысячи пар различных модификаций. Это расширение рынка продаж. И мы говорим не только о России.

Безусловно, есть санкции, которые могут повлиять на процесс. Но тут важна позиция самого нашего партнера из Италии. Он всегда очень хорошо отзывается о нашей стране. Говорит, что Россия — это большой добрый медведь. Пока не сделаешь ему плохо или больно, он будет с тобой добрым, пушистым и ласковым. Просто нужно дружить с этим медведем, и все будет прекрасно. Все те люди, с которыми мы общались в Италии, разделяют позицию России и пророссийски настроены. Это очень приятно осознавать. В европейских СМИ идет очень жесткая пропаганда, нарастает истерия. Но люди четко понимают, что это неправда, чушь, не верят в это.

— Вы всегда очень тепло отзываетесь о своих мастерах, трепетно к ним относитесь, подчеркивая, что их очень немного. Как быть с обеспечением кадров для новой фабрики?

— Это действительно серьезная проблема. Надо признать, что профессия обувщика вымирающая, но, к счастью, не до конца утраченная, есть мастера, которые умеют это делать, любят и ценят. Особая задача перед нами стоит в сохранении ремесла по вышивке «казанским швом» и обучении вышивальщиц. Мы давно думали о создании своей школы и вот сейчас начали делать первые шаги в этом направлении. Она запущена два месяца назад в Арском районе. Глава района оказал нам содействие и предоставил помещение. Сейчас здесь под руководством местного профессионального обувщика проходят обучение шесть мастериц. Думаем, это только начало.

— Уже на 1 марта запланировано открытие Центра народных ремесел в бывшем здании ЦУМа. Будете ли вы там представлены?

— Да, наш магазин будет занимать около 100 квадратных метров. Наши изделия прошли ХЭС (художественно-экспертный совет). Это необходимое условие, чтобы тебя признали ремесленником, достойным занимать свое место. Но пока мы не совсем понимаем, как там все будет устроено. На сегодняшний день нет даже договора. Мы не знаем, на каких условиях нам предлагают участие. Пока одна неизвестность.

Кроме того, у нас уже сейчас есть загрузка на три месяца вперед. Если она станет на пять месяцев вперед, то клиенты будут ждать дольше, а это не есть хорошо. Периодически появляются мысли расширять производство, но есть риск, что расширение отразится на качестве изделий, а для нас это недопустимо. Плюс нет дополнительных мастеров — они на вес золота. Мы лучше будем повышать стоимость обуви, чтобы отсечь спрос. Моя задача заботиться о сотрудниках и поднимать им зарплату.

«Отечественное — только наши руки»

— Пришлось ли вам искать новых поставщиков материалов и фурнитуры после введения санкций?

— Мы приняли решение оставить все как есть — продолжать использовать кожу, которую производят в Европе. Не нашли производителей в России, которые бы изготавливали подходящий нам материал. Возможно, когда появится наша фабрика, то возникнет предложение и в нашей стране. Сейчас нет практически ни одного российского люксового производителя обуви, а если нет спроса, то нет и предложения.

Что изменилось с введением санкций, так это цена — все стало дороже. Также выросли сроки доставки. Если клиенты хотят что-то особенное, то надо ждать как минимум месяц или два. А раньше можно было привезти все в течение недели. Логистика усложнилась. Пока, к сожалению, мы не закупаем в России ничего из того, что надо для нашего производства. Отечественное — только наши руки. Среди наших поставщиков компании из Японии, Испании, Италии, Франции.

Зато есть и другая сторона — на нас обратили внимание, нас увидели. С точки зрения понимания необходимости нашего существования все изменилось очень сильно. Раньше мастеров, ремесленников, производителей особо не замечали, потому что все легко можно было купить. Просто слетать в Италию на выходные.

— Планируете ли вы открывать новые магазины?

— Это случится только после запуска нашего совместного бренда с итальянским дизайнером и начала производства на нашей фабрике. Магазины в России в первую очередь появятся в Москве и Казани, и они будут работать в новом формате. Мы бы не хотели, чтобы открытие одной точки обходилось дороже однокомнатной квартиры, то есть 10 млн рублей. Этого удастся добиться за счет того, что площадь будет небольшая: от 50 до 80 кв. метров. Вы знаете, что в ТЦ квадратные метры сейчас очень дорогие, тем более, когда торговый зал объединен со складом. Условно говоря, ты открываешься и уже разорен. Мы же планируем запустить только магазины-примерочные. Будут представлены все модели, но их можно будет только примерить. Клиент приходит, мы сканируем его стопу. Примеряем обувь, фиксируем за ним колодку, которая будет для него идеальной. Закрепляем за ним одну — три колодки и в принципе в дальнейшем человеку приходить уже не нужно. Все будет сделано дистанционно. Это будет удобнее для клиента и дешевле, потому что стоимость аренды всегда садится в конечную стоимость. Наша задача, чтобы цена за обувь была максимально приближена к цене производителя. Ни для кого не секрет, что сегодня цена, по которой продают обувь, это х5 к цене производителя.

С каждой сканированной стопы мы получаем уникальную базу данных о клиенте, с которой можно работать дистанционно, общаться с ним на расстоянии и предлагать не существующий на данный момент сервис. В современном массовом производстве обуви существует такая проблема — все производители работают практически в одном колодочном стандарте. А на самом деле существует девять видов полноты каждого размера, то есть, к примеру, девять вариантов 42-го размера. 98 процентов производителей работают в одной полноте, потому что в этой полноте находится 45 процентов населения. Про остальные 55 процентов никто не думает.

«Конкурировать с Китаем невозможно»

— Что сейчас происходит на российском рынке обуви: удается ли местным производителям конкурировать с китайскими?

— Конкурировать с Китаем невозможно. Китай при практически 80-процентной доле автоматизации труда недосягаем по себестоимости ни для кого. Я был в Италии. У них только за прошлый год закрылось 40 процентов производств. Кроме того, кто бы что ни говорил, они потеряли очень большой рынок в лице России.

Если мы попытаемся делать то же самое, что и Китай, в любом случае нас ждет фиаско. Импортозамещения в нашей отрасли пока не случилось, хотя государство готово субсидировать подобные производства. Например, производителю дают 30 млн рублей, но с одним условием — все оборудование должно быть российским. Мне тоже предлагали такую господдержку. Но у нас на всю Россию всего несколько крупных обувных фабрик. О каком отечественном оборудовании может идти речь? Даже страны ближнего зарубежья ничего не могут предложить. Есть только два игрока на этом рынке — Италия и Китай. Все.

— Какие еще проекты вы хотели бы воплотить в жизнь?

— Есть еще один амбициозный проект. Он не про бизнес и деньги, он про оздоровление нации. Сейчас мы со своей командой работаем над программой, которая связана с контролем ретейлеров, которые продают детскую обувь. Посмотрите, сколько сейчас магазинов ортопедической обуви. А ведь такая обувь это уже практически костыли. Не надо доводить до этого. Когда ребенку примеряют обувь, он не может сказать удобно ему или неудобно. Он только может определить лезет — не лезет, больно — не больно. И когда стопу защемляют, зажимают неправильной обувью, это приводит к печальным последствиям. Я сейчас очень редко вижу здоровую детскую стопу. Это ненормальная история.

Мы сейчас хотим разработать программу на основе нашей программы по сканированию стопы. Речь идет о том, что все продавцы обуви должны будут проходить проверку на удобство колодки для стопы российского ребенка. Нужно будет проверять именно колодки, по которым производитель делает обувь. Это может показаться очень сложным, но без проверки проблему не решить. К сожалению, это не ближайшая перспектива, но она очень важна.