Средний тираж увеличился, выбор сузился: парадоксы книжной статистики

Умеренный рост тиражей

Государственная статистика книгоиздания формируется на основе обязательных экземпляров, зарегистрированных в Российской государственной библиотеке. Учет ведется по дате регистрации, независимо от года выпуска. Дополнительные тиражи прибавляются к уже учтенным, а каждая единица — книга, брошюра, том или номер периодического издания — фиксируется один раз и только у одного издателя. Директор департамента статистики печати Российской государственной библиотеки Галина Перова уточнила: «Не все издательства подают данные об издании книг в Российскую книжную палату. Поэтому государственная статистика печати может не совпадать с данными издательств».

По данным Российской книжной палаты, в 2025 году было зарегистрировано 100 374 книги и брошюры. Это на 2,81% меньше, чем в 2024 году (103 277 единиц), но на 4,18% больше, чем в 2023-м (96 344). Для сравнения: в 2016—2018 годах ежегодный показатель составлял около 120 тыс. единиц, то есть на 16—20% выше уровня 2025 года.

Общий тираж книг и брошюр в 2025 году достиг 372 742,99 тыс. экземпляров. Прирост к 2024 году (369 510,21 тыс.) — 0,87%, к 2023-му (335 005,72 тыс.) — 11,26%. При этом максимальный показатель за последние 10 лет был зафиксирован в 2017 году — почти 500 000 тыс. экземпляров, что примерно на 25% больше текущего уровня. 2023 год стал минимальным за десятилетие как по числу наименований, так и по совокупному тиражу.

Из общего числа 2025 года на книги пришлось 86 946 единиц — на 3,39% меньше, чем в 2024 году (89 993). Однако их суммарный тираж вырос на 0,36%: с 295 235,44 тыс. экземпляров в 2024-м до 296 286,7 тыс. в 2025-м.

Средний тираж одного издания в 2025 году составил 3,71 тыс. экземпляров против 3,58 тыс. годом ранее — рост на 3,63%. В последний раз показатель превышал 4 тыс. экземпляров в 2017 году. Самый высокий средний тираж за последние 25 лет был зафиксирован в 2003 году — более 8 тыс. экземпляров, что более чем вдвое выше текущего уровня.

Структура тиражей остается поляризованной. Почти половина всех изданий 2025 года — 47 586 — вышли тиражом до 500 экземпляров. Их совокупный тираж составил 9 792,93 тыс. экземпляров. Внутри этой группы 52,3% — это книги со средним тиражом 65 экземпляров. Вторую по численности категорию составили издания с тиражом от 1 до 5 тыс. экземпляров — 31 403 наименования общим тиражом 92 292,14 тыс. Средний показатель в этой группе — 2,94 тыс. экземпляров на одно издание. Книг с тиражом свыше 100 тыс. экземпляров в 2025 году вышло 257 — их общий тираж достиг 102 384,64 тыс., а средний тираж в категории составил 398,38 тыс. экземпляров.

Таким образом, при снижении числа зарегистрированных наименований к 2024 году совокупный тираж продолжил умеренный рост, а средний тираж одного издания увеличился, оставаясь при этом значительно ниже уровней середины 2000-х и пиковых значений последнего десятилетия.

Татарский язык на месте

В 2025 году Российская книжная палата зарегистрировала издание книг и брошюр на 125 языках народов мира, в том числе на 91 языке народов РФ. Подавляющее большинство составляют издания на русском языке — 97 261 печатная единица против 99 530 годом ранее (снижение на 2,3%). Количество книг на английском языке сократилось заметнее: 1 064 наименования совокупным тиражом 817,25 тыс. экземпляров против 1 526 книг и 1 850,69 тыс. экземпляров в 2024 году. Таким образом, число англоязычных изданий уменьшилось на 30,3%, а их тираж — на 55,8%.

Татарский язык в 2025 году сохранил третье место среди языков народов мира по числу изданий после русского и английского: вышло 263 книги общим тиражом 367,87 тыс. экземпляров. В 2024 году было 193 книги тиражом 316,48 тыс. экземпляров. Рост составил 36,3% по количеству названий и 16,2% по тиражу. Аналогичный рост отметили и в «Татарском книжном издательстве». В 2024 году у них вышло 138 книг общим тиражом 294,93 тыс. экземпляров, а в 2025-м — уже 158 книг общим тиражом 434,54 тыс. экземпляров.

Генеральный директор «Татарского книжного издательства» Рустем Галиуллин объясняет этот рост государственной поддержкой, а также интересом со стороны молодежи к собственному культурному наследию. «Среди авторов появляется все больше представителей нового поколения, стремящихся развивать литературу на национальных языках. Например, вышедшие у нас самоучители татарского языка, созданные Алексеем Арзамазовым или Максимом Кузнецовым, чей родной язык не татарский, свидетельствуют о глубоком увлечении изучением национальных языков, которое подвигло их на создание таких пособий», — сказал «Реальному времени» Галиуллин.

Из первой десятки языков народов мира выбыли аварский (9-е место в 2024 году) и испанский (10-е место в 2024 году), при этом в 2025 году в топ-10 вошли удмуртский (7-е место) и китайский (10-е место).

Трудности перевода

Сегмент переводной литературы демонстрирует общее сокращение. В 2025 году книги в России переводились со 130 языков народов мира (годом ранее — с сопоставимого числа, однако структура изменилась), в том числе с 72 языков народов РФ. Больше всего переводов по-прежнему приходится на английский язык — 7 542 издания против 8 778 в 2024 году (снижение на 14,1%) общим тиражом 33 827,55 тыс. экземпляров против 39 681,99 тыс. (минус 14,8%). На втором месте — переводы с русского языка на другие языки народов мира: 1 720 книг против 2 171 в 2024 году (снижение на 20,8%) тиражом 1 164,05 тыс. экземпляров против 2 246,07 тыс. (сокращение на 48,2%).

Состав остальных языков в топ-10 источников перевода в целом не изменился (французский, немецкий, японский, китайский, итальянский, корейский, испанский), однако их позиции внутри списка варьируются. Исключением стал датский язык: в 2025 году зафиксировано 98 книг, переведенных с датского (10-е место), общим тиражом 373,99 тыс. экземпляров.

Филолог-скандинавист, редактор серии «НордБук» издательства «Городец» Елена Дорофеева объясняет этот показатель юбилейной повесткой: «То, что датский язык попал в топ-10 языков, с которых были опубликованы переводы, объясняется тем, что в прошлом году отмечалось 220-летие со дня рождения Ханса Кристиана Андерсена. Поэтому его книг вышло больше обычного, что подтверждает и топ-10 наиболее издаваемых детских авторов, где известный датский писатель занимает девятое место».

В 2024 году в топ-10 входил шведский язык: с него было переведено 173 книги (10-е место) общим тиражом 940,71 тыс. экземпляров. По словам Дорофеевой, «что касается шведской литературы, ее высокие показатели в 2024 году связаны опять же с огромными тиражами детской классики — произведений Астрид Линдгрен, Сельмы Лагерлеф, Туве Янссон (жившей в Финляндии, но писавшей на шведском языке)». Она уточняет, что по статистике Книжной палаты за первый квартал 2024 года Астрид Линдгрен занимала первое место в топ-10 детских авторов по количеству изданий и общему тиражу, опережая Елену Ульеву, Пушкина и советских классиков.

При этом права на издание книг Линдгрен, по всей видимости, в 2024 году завершились и не были продлены. Как говорит Елена Дорофеева, издательство «Махаон» официально не объявляло об этом, однако в ответах читателям в социальной сети сообщало, что «трудности есть, но дефицита книг Линдгрен не ожидается». На сайте издательства книги представлены без указания года издания, а в магазинах значительная часть находящихся в продаже экземпляров датирована 2023 годом. По оценке Дорофеевой, издательство, вероятно, заранее увеличило тиражи, предвидя возможные сложности с продлением прав.

«Имеют значение партнерские отношения, проверенные временем, и репутация»

В целом в 2025 году переводных изданий со скандинавских языков стало значительно меньше. «Если сравнить с 2022 годом, эта разница ощутимая — примерно в полтора раза. Могу судить об этом, так как мы с коллегами-скандинавистами собрали библиографию русских переводов за последние четыре года (это приблизительные данные, но они отражают тенденции)», — говорит Дорофеева.

Она подчеркивает, что сокращение затронуло не только детскую литературу: «Ведь помимо детской литературы, скандинавские детективы, психологическая и автобиографическая проза, нон-фикшн и комиксы — все эти жанры были любимы и востребованы русскоязычным читателем».

Причины носят комплексный характер. «Прежде всего, многие издательства и литературные агентства в последние годы приостановили сотрудничество с Россией. Но помимо сложностей заключением договоров на покупку прав, перед российскими издательствами встают и технические проблемы, связанные с выполнением финансовых обязательств перед зарубежными коллегами, не говоря уже о цензурных ограничениях, вызванных ужесточением законов. Все это закономерно привело к существенному сокращению числа переводных книг, особенно современных авторов», — констатирует Дорофеева.

Говоря о текущих контактах с зарубежными партнерами, она отмечает их неоднородность: «Культурная политика скандинавских стран и Финляндии имеет свои особенности в каждой стране: в некоторых странах есть жесткие установки на «замораживание» контактов и продажу зарубежных прав в Россию (до радикального изменения политической ситуации), но часто ограничения носят рекомендательный характер, особенно если речь не идет об очень известных авторах и крупных издательствах. Сегодня, наверное, как никогда, имеют значение партнерские отношения, проверенные временем, и репутация».

Даже при формальной готовности сотрудничать процесс усложняется. Дорофеева говорит, что издателю необходимо получить согласие автора, его издателя или агента, причем проблемы могут возникнуть на любом этапе. Кроме того, зарубежный банк может отклонить платеж. После покупки прав возникают риски, связанные с требованиями российского законодательства и необходимостью согласовывать возможные изменения текста с правообладателями. В отдельных случаях проекты с уже подписанными договорами оказываются поставленными на паузу. Тем не менее, по словам Дорофеевой, большинство скандинавских авторов и издательств хотят возобновить сотрудничество.

Екатерина Петрова — литературная обозревательница интернет-газеты «Реальное время», ведущая телеграм-канала «Булочки с маком».