Кто должен править ошибки на мемориальных табличках и могилах в Казани?

Столетие со дня рождения композитора Рустема Яхина как повод поговорить о праве на память

Что делать, если на мемориальной доске обнаружена ошибка, и кто должен ее исправить? Как поступали в Татарстане в подобных ситуациях? Этим летом со дня рождения татарского композитора и автора татарстанского гимна Рустема Яхина исполняется ровно 100 лет. В преддверии этой круглой даты «Реальное время» попыталось ответить на поставленные вопросы.

Исправить барельеф, ноты и доску!

Автор татарстанского гимна Рустем Яхин родился 16 августа 1921 года в Казани, учился в музыкальном училище при Московской консерватории, работал концертмейстером Татарского радиокомитета. Во время войны служил стрелком в зенитно-артиллерийской дивизии. По возвращении с фронта окончил Московскую консерваторию. Яхин — активно концертировавший пианист-солист, его песни до сих пор поют не только на эстраде. Его самое известное произведение — Государственный гимн Республики Татарстан. Детей у Яхина не было. Умер он 23 ноября 1993 года в Казани, жена в 2004 году похоронена рядом — на кладбище в Ново-Татарской слободе.

В преддверии столетия со дня рождения Яхина о просьбе десятилетней давности — исправить барельеф и ноты на могильном камне, а также изображение на мемориальной доске Рустема Яхина — напомнил руководитель продюсерской компании «Наследие булгар» Нафис Байгильдеев. Он направил письма президенту, вице-премьеру, правительству Татарстана.

realnoevremya.ru

В обращении Байгильдеев пишет, что 25 апреля 2011 года он обращался с письмом по установке памятника и мемориального комплекса композитору Рустему Яхину на Ново-татарском кладбище — «в связи с искажением лица на барельефе могильной плиты. Ноты на могильной плите так же изображены с ошибками» (орфография и пунктуация автора сохранены — прим. ред.). Еще одно письмо касалось мемориальной доски Яхину по адресу: ул. Татарстан, д. 7 (здесь он жил с 1978 по 1993 годы): «Причина — на барельефе лицо композитора грубо искажено». В доказательство выслал примеры искажений.

realnoevremya.ru

Письма автор приурочил к 90-летию со дня рождения композитора. 20 июня 2011 года, по его словам, Министерство культуры республики ответило, что изображения Яхина на мемориальной доске и на могильной плите, действительно, искажены и требуют замены, расходы на работу включены в смету на 2012 год.

Кроме того, в послесловии он указывает, что в 2011 году не увидел на могиле цветков и венков от правительства, министерств, Союза композиторов РТ, Казанской консерватории, музыкальной школы имени Яхина, а также «наследницы (племянницы жены композитора) Харитоновой Светланы, ее детей и внука».

«Наследие булгар», как следует из копии их сайта (сейчас он не работает), сотрудничает с такими деятелями, как Мингол Галеев, Зиля Сунгатуллина, Георгий Ибушев, Зуфар Гимаев. Идея компании — «возрождение и развитие культурного наследия Татарстана для духовного развития подрастающего поколения». В частности, это нотные издания классической музыки композиторов Татарстана, среди которых есть и Яхин. Любопытно, что предисловие к сборнику писала Светлана Харитонова, очевидно, теперь их пути с Байгильдеевым разошлись.

«Зачем ему это надо?»

— У меня есть претензии к памятнику, — говорит Байгильдеев. — Мы однажды ходили к нему с певцом Эмилем Заляльдиновым, другом Яхина. Он сказал, что не похож. Да и конкурс на скульптора тогда провели с нарушениями. Я считаю, что это моральный долг: раз уж люди в правительстве встают под гимн, написанный Яхиным, они должны ошибку исправить.

Памятник Яхину работы скульпторов Асии Минуллиной и Андрея Балашова и архитектора Германа Бакулина в сквере на Большой Красной, у консерватории, открылся в 2017 году.

— Да, на Яхина памятник не похож, — соглашается племянница жены композитора Светлана Харитонова, с которой удалось связаться корреспонденту «Реального времени».

«Наследница» живет в той самой квартире на улице Татарстан. Сначала присматривала за женой Яхина, после занималась его архивом. В квартире стоит пианино. Харитонова и сама пианистка, многие годы работала в музыкальной школе. Она воспринимает послесловие в письме к правительству с недоумением. Видно, что с «Наследием булгар» у нее немало конфликтов. Ее основной вопрос к автору письма: «Зачем ему это надо?»

— В 2011-м году я лежала в больнице, почему не указали, что я ходила на кладбище в другие годы? Я давно занимаюсь наследием Яхина, и Байгильдеев был одним из тех, кто возник после того, как я вступила в права. В частности, он пришел ко мне в больницу и просил оформить доверенность, чтобы вести дела от моего имени. Мы издали однажды сборник нот Яхина — из них я получила пять копий.

У Харитоновой целый букет болезней, но она ходит по квартире и показывает сборники, которые издала при помощи семьи. Ее внучка Диана сейчас пишет дипломную работу по произведениям именитого родственника — вместе они составляют каталог произведений Яхина. Харитонова также ходила в Минкульт, еще когда министром была Зиля Валеева, — по вопросу увековечивания памяти композитора. В настоящее время хочет попросить руководство филармонии взять на баланс могилу композитора. Также она считает, что в деле мог бы помочь ректор консерватории Рубин Кабиров, который инициировал установку памятника.

Повесить обратно

Исправления табличек — одна тема. Другая — их возвращение. Интересно, что сам Нафис Анварович — родственник Шарифа Камала (Байгильдеев — настоящая фамилия писателя, драматурга и переводчика). Сейчас музей Камала на Островского — еще и Дом татарской книги. Кстати, как сообщил его директор Айдар Шайхин, на фасаде дома раньше были две мемориальные таблички. В 1925—1940 годах здесь жил Нургали Надеев. Муса Джалиль вспоминал о своей юности: «Два месяца ел что попало, ночевал где придется, воровал хлеб в базарной сутолоке, был беспризорником», — а Надеев, сотрудник газеты «Кызыл Юлдуз», председатель совета ученых по просвещению народов национальных меньшинств Оренбургской губернии, устроил его в Оренбургскую военно-партийную школу.

— Доска эта у нас хранится, — говорит Шайхин. — И мы планируем ее вернуть.

Обещания вернуть мемориальные доски поэтов Хади Такташа и Фатыха Карима, а также журналиста Вафы Бурнаша на здание Чернояровского пассажа длятся уже более трех лет. Как выяснило «Реальное время», спор зашел в тупик.

— Но, на мой взгляд, сейчас не советское время, чтобы вешать огромную, металлическую мемориальную доску на стену, — сообщил нам собственник Камиль Шайдаров. — Она никуда не вписывается, не соответствуют современным требованиям, и никто не помнит, где она была раньше.

— Министерство продолжает решение этого вопроса с собственником здания. Ввиду его неоднозначной позиции <...> для полного разрешения вопроса понадобится время. После выработки общего решения министерство готово проработать вопрос реставрации вышеуказанных мемориальных досок, — ответили в Министерстве культуры РТ.

Ошибки есть, правил нет

Вопрос исправления ошибок и других искажений на мемориальных досках в Казани поднимался неоднократно. К примеру, в феврале 2019 года краевед Артур Тумаков опубликовал пост в сообществе «Старая Казань на все времена». В нем он указал на несколько ошибок такого рода. К примеру, дом Жарова на Баумана, 42 назван «Домом Шарова». Также Тумаков отметил, что зачастую подобные ошибки можно наблюдать на фасадах новостроек, например на стене воссозданного в 2017-м на месте парковки дома на Большой Красной, 10 (табличка сообщает, что он построен в 1840 году).

Что касается мемориализации Яхина, то в Минкульте ответили, что четкого механизма исправления подобных ошибок в учреждении нет, хотя очевиден запрос на него.

Казалось бы, решение есть, очевидное и сложное одновременно: необходимо провести государственную историко-культурную экспертизу, уточнить сведения, направить их в ответственные органы. Но экспертиза-то стоит денег...

Между тем вопрос этот стоит настолько остро, что проведенная в марте коллегия «Проблемы и перспективы развития мемориальной культуры в Республике Татарстан: мемориальные доски и произведения монументального искусства» собрала полный зал.

Согласно действующей нормативно-правовой базе, доски сравнительно системно устанавливаются только в Казани. realnoevremya.ru/Олег Тихонов

Тогда замминистра культуры РТ Дамир Натфуллин указал, что взаимодействие министерства культуры с органами местного самоуправления по вопросам установки мемориальных досок и произведений монументального искусства необходимо упорядочить. Поскольку, согласно действующей нормативно-правовой базе, доски сравнительно системно устанавливаются только в Казани. В районах работа идет «без учета мнения профильных ведомств и профессионального экспертного сообщества республики». К примеру, комиссии по вопросам установки мемориальных досок есть только в 13 из 43 районов республики. Нужен административный регламент предоставления государственной услуги по выдаче заключения о возможности установления мемориальной доски в Татарстане.

Кроме того, необходимо вести реестр мемориальных досок. Раз нет связи между министерством и муниципалитетами, значит, нет и четкого порядка действий, общих правил.

Эксперты, от архитектора Сергея Саначина до начальника управления культуры Казани Азата Абзалова, указывали еще и на другую проблему — внешний вид памятных табличек. Абзалов отметил, что доски выглядят порой как надгробные памятники. В результате министерство решило провести по теме памятников и мемориальных досок большую конференцию.

Пока что, как стало известно «Реальному времени», Министерство культуры РТ обратилось к заместителю премьер-министра РТ Лейле Фазлеевой с просьбой включить в повестку очередного заседания межведомственной комиссии по вопросам увековечения памяти выдающихся деятелей Республики Татарстан рассмотрение вопроса обновления мемориальной доски на улице Татарстан и надгробного памятника на кладбище.

Радиф Кашапов
ОбществоИсторияКультура Татарстан Министерство культуры Республики ТатарстанСоюз композиторов ТатарстанаВалеева Зиля РахимьяновнаФазлеева Лейла Ринатовна
комментарии 9

комментарии

  • Анонимно 11 май
    Статья интересная.
    И актуальная.
    Спасибо за Память.

    Но внизу статьи, в разделе "Справка" написано "ха".
    Чтобы это значило?
    Ответить
  • Анонимно 11 май
    Татарский радиокомитет? А где же тогда Русский радиокомитет?
    Ответить
    Анонимно 11 май
    В Москве
    Ответить
    Анонимно 11 май
    И в Нью-Йорке.
    И в Иерусалиме.
    И в Мюнхене.
    И по всему Земному шару.
    Ответить
    Анонимно 11 май
    И редакторами Русского радиокомитетов там работают татары, как великолепно знающие литературный русский язык.
    Ответить
    Анонимно 11 май
    русский язык - язык радио в России по умолчанию. Как и язык, вообще, множества организаций. Вам не было бы странно, если бы в России везде писали, на каком языке работает организация? А здесь татарское радио, поэтому и указано.
    Ответить
  • Анонимно 11 май
    Много мемориальных досок исчезло с улиц Казани.
    Исчезла, например, и доска на доме, где был Казанская ЧК и ЧК Восточного фронта.
    А ведь это История.
    Пусть и кровавая...
    Ответить
  • Анонимно 11 май
    В квартире Яхиных пианино или рояль? Я помню, что при жизни Яхиных у них в квартире была рояль. Или она где-то в музее?
    Ответить
    Анонимно 11 май
    рояль, компактный такой.
    Ответить
Войти через соцсети
Свернуть комментарии

Новости партнеров