Судья не хочет быть крайней в схватке кредиторов КЗСК

Внешний управляющий ОАО «КЗСК» прогулял заседание, на котором должен был представить план спасения завода

Судья не хочет быть крайней в схватке кредиторов КЗСК Фото: Ринат Назметдинов

Сегодня в Арбитражном суде Татарстана представитель Внешэкономбанка предпринял новую попытку навязать план продажи имущества КЗСК с торгов вместо плана финансового оздоровления. Еще в мае Фемида поручила внешнему управляющему оборонного предприятия Ольге Рущицкой разработать к сегодняшнему дню своего рода дорожную карту спасения. Рущицкая на собрании кредиторов отчиталась: мол, «миссия невыполнима», и сегодня на суд не пришла. А вот представитель налоговой считает — доверять в этом вопросе только управляющему нельзя, свое слово должен сказать Минпромторг РФ.

«Необходим план, а не заключение о его невозможности»

На явку самой Ольги Рущицкой кредиторы ОАО «Казанский завод синтетического каучука» сегодня особо не рассчитывали. Ждали ее помощника Максима Лапкина. Слишком много острых тем было затронуто неделю назад на закрытом от общественности собрании кредиторов. Ждал и суд — для объяснений. Не дождался.

На заседании суда представитель уполномоченного органа — Федеральной налоговой службы — напомнил: 10 июля на собрании кредиторов внешний управляющий расписался в невозможности разработать план внешнего управления. Но не представил на этот счет мотивированного заключения Министерства промышленности и торговли РФ, а оно в случае со стратегическим предприятием необходимо, считают в УФНС по РТ.

Представитель кредитора из Марий Эл, Евгений Чернышев от банка «Йошкар-Ола», поддержал эту позицию. «На наш взгляд, каких-то веских оснований того, что этот план невозможно было сделать, вообще не представлено», — сообщил он. Из его выступления следовало, что кредиторов держат в неведении даже по такому важному вопросу — а была ли на предприятии инвентаризация имущества? Чернышев заявил: «Процедура внешнего управления должна быть продолжена, и план необходим, а не заключение о его невозможности».

Далее прозвучал довод — 91,2% кредиторов, что слышали выступления управляющего Рущицкой неделю назад, воздержались от высказывания мнений по представленному ею заключению.

Из выступления представителя кредитора из Марий Эл следовало, что кредиторов держат в неведении даже по такому важному вопросу — а была ли на предприятии инвентаризация имущества?

Представитель ВЭБ о неудовлетворенных кредиторах

Судья Ляйсан Ахмедзянова захотела услышать конкретные предложения. Андрей Белоглазов от Внешэкономбанка перехватил инициативу: раз «внешнее управление восемь месяцев никакого результата не приносит — надо ввести конкурсное производство».

Представитель АКИБАНКа Аяз Абдулхаков заявил о нецелесообразности предложения ВЭБ: «На данном этапе всех интересует процедура внешнего управления — получение плана и его реализация».

— Считаем, нужно начать реализацию имущества, — настаивал Белоглазов, утверждая — никаких направленных действий на восстановление кредитоспособности проблемного предприятия нет.

— А откуда она возьмется, если плана нет? — удивилась судья. — Вы на кого уповаете? Кто обратился в Минпромторг? Кто предпринял какие-то действия? Вы на меня это решение переложить хотите?!

Внятную позицию Минпромторга по этому спору хотел бы услышать не только суд. Представитель ВЭБ напомнил — никаких предложений от чиновников профильного министерства не поступает, и предположил почему: «Никто не пытается спасти предприятие как таковое».

Далее Белоглазов вновь дал понять — видит лишь один выход из ситуации: «Все время стоим на одном месте, и ни один из кредиторов не получает удовлетворения [своих требований]. Поэтому просим суд ввести конкурсное производство и каким-то образом начать реализовывать имущество».

После этих слов судья объявила недельный перерыв.

«Практически все недвижимое имущество, находящееся на территории КЗСК, перешло в собственность третьих лиц», — указала в отчете Рущицкая, фактически обвинив своих предшественников в выводе активов

Безадресные обвинения от Рущицкой

Изучив заключение внешнего управляющего Ольги Рущицкой, журналист «Реального времени» обратила внимание на один из его пунктов. «Практически все недвижимое имущество, находящееся на территории КЗСК, перешло в собственность третьих лиц», — указала в отчете Рущицкая, фактически обвинив своих предшественников в выводе активов.

По словам кредиторов, этот момент на собрании проговаривался вскользь, без деталей — какое конкретно имущество, кто и на какие суммы увел, а главное — принимаются ли меры по возврату? Источники «Реального времени» не исключают, что ссылки на вывод имущества лишь продолжают курс на снижение стоимости активов КЗСК. Напомним, бывший председатель совета директоров КЗСК и предправления банка «Спурт» Евгения Даутова называла цифру 8,6 млрд рублей, по независимой оценке 2017 года.

Ну а внешний управляющий в своем документе констатирует: в 2018 году предприятие «фактически было приостановлено, сейчас его загрузка не достигает и 30%». К негативным факторам она отнесла работу завода по давальческой схеме (переработка сырья давальцев, которые забирают прибыль) и выручку за минувший год в объеме 50 млн рублей.

Напомним, собрание кредиторов заключение Рущицкой не утвердило.

Сколько должен КЗСК?

Внешнее управление ввели на КЗСК в августе 2018 года. Прямым должником Внешэкономбанка казанский завод не был, но он выступил поручителем по кредиту ВЭБ в 3,7 млрд рублей дочерней компании «КЗСК-Силикон», рассказывал журналистам экс-гендиректор КЗСК Алексей Контуров. Банк оборвал финансирование силиконовой стройки, что в итоге сделало недостроенный «КЗСК-Силикон» банкротом и втянуло в эту процедуру материнскую компанию.

ВЭБ оборвал финансирование силиконовой стройки, что в итоге сделало недостроенный «КЗСК-Силикон» банкротом и втянуло в эту процедуру материнскую компанию.

По данным и.о. внешнего управляющего КЗСК, на апрель 2019 года общий долг КЗСК перед кредиторами составлял 5,278 млрд рублей (то есть на эту сумму требования кредиторов подтверждены арбитражным судом). Самый крупный кредитор в реестре КЗСК — ВЭБ: ему должны 3,7 млрд рублей (около 74% голосов).

Среди остальных кредиторов — банк «Спурт» (АСВ), который пока доказал требования на 530 млн рублей (около 10% голосов) и будет продолжать через суд увеличивать свои требования, АКИБАНК — 233,78 млн рублей (4,4% голосов), и остальные миноритарии. В общей сложности им должны около 1,5 млрд рублей.

Ирина Плотникова, Луиза Игнатьева, фото Рината Назметдинова
ЭкономикаФинансыБанкиОбществоВластьБизнес Татарстан АКБ СпуртДаутова Евгения Валентиновна
комментарии 4

комментарии

  • Анонимно 17 июля
    Казанский завод СК это славная история.
    А хочется перспективного будущего.
    Ответить
    Анонимно 17 июля
    а кому-то хочется быстрее попилить
    Ответить
    Анонимно 18 июля
    Там уже пилить нечего, все здания кзск арендует у третьих лиц
    Ответить
  • Анонимно 17 июля
    Считаю все претензии ВЭБа должны предъявляться к Спурт банку, а не КЗСК. Куда смотрит правительство ?
    Ответить
Войти через соцсети
Свернуть комментарии

Новости партнеров