«Вкладываем душу»: Марина Хрипунова — о секрете успеха Dомашнего

«Мы создаем сериалы для таких же, как мы: наших мам, подруг, дочерей»

— Какими достижениями на текущий момент вы гордитесь больше всего, учитывая, что в прошлом году Dомашний отметил 20-летний юбилей и два года подряд удерживает звание первого неновостного канала страны?

— За последние годы медиарынок претерпел значительные изменения, и наш канал не просто адаптировался к новым условиям — он использовал их как импульс для развития. Сегодня мы с уверенностью заявляем о достигнутых успехах: по объемам производства и рейтингам канал вошел в число крупнейших игроков отрасли. В частности, мы занимаем третью позицию среди всех каналов у женской аудитории по всей России и лидируем в малых городах. Благодаря перестройке производственной структуры, обеспечившей полную автономность, мы также стали лидерами по объему выпуска сериального контента.

— Опишите ключевые подходы к созданию бренда с моножанровой линейкой, способного достичь такого успеха, как Dомашний. Какие компетенции критически важны для управленческой команды в этом процессе?

— Современные мелодрамы представляют собой синтез творческого подхода и аналитического расчета. Как федеральный канал, мы ориентируемся на широкую аудиторию и тщательно изучаем ее ожидания, чтобы создавать контент, отвечающий запросам большинства зрителей. При этом процесс производства не сводится к сухим цифрам — наша команда вкладывает в проекты личные переживания и жизненный опыт — ведь мы создаем сериалы для таких же, как мы: наших мам, подруг, дочерей. Таким образом, успех достигается за счет гармоничного сочетания аналитических данных и искренних эмоций.

— За счет каких нарративных и эмоциональных элементов мелодрама удерживает внимание женской аудитории? Проводился ли анализ вероятности эффекта перенасыщения из-за обилия любовных линий в контенте?

— Я всегда считала, что мелодрама — это уютный уголок, куда можно сбежать от суеты и оказаться в доброй реальности, где все про самое главное — про семью, про любовь, про детей. Зрительницы как будто проживают разные истории, не рискуя при этом, и это очень ценно. А еще в наших мелодрамах всегда есть надежда — счастливый финал напоминает, что все может сложиться хорошо.

Мы не стоим на месте и пробуем смешивать жанры — добавляем к мелодраме детектив, мистику, драму, ищем необычные повороты и стараемся, чтобы истории откликались на то, что происходит вокруг. Очень горжусь проектами «Выдра», «Жертва», «Цветок граната», «Стокгольмский синдром» и «Дом для Золушки». Они показали, что зритель готов к новому.

Сейчас с трепетом жду выхода нашего нового экспериментального сериала «Берега любви», он стартует в конце апреля. Это история длиной в четверть века — с 1929 по 1954 год. На фоне тяжелых исторических событий, происходивших в нашей стране, мы рассказываем о любви, которая помогает выстоять, когда мир вокруг рушится. Хочется верить, что «Берега» станут не просто сериалом, а поводом задуматься о своих отношениях, о том, что действительно имеет значение.

«Персонажи наших проектов намеренно лишены «супергеройских» качеств, они ошибаются, сомневаются, борются с собой»

— Рассматриваете ли вы формирование многогранных женских образов как ролевых моделей для аудитории с разнообразными жизненными сценариями в качестве одной из ключевых задач? Как оцениваете социальную ответственность, связанную с этой задачей?

— Мелодрама обладает уникальным потенциалом — зрительницы проецируют истории героинь на свою жизнь, черпают из них поддержку и вдохновение. Наша стратегия строится на отказе от идеализированных образов в пользу реалистичных, многогранных характеров.

Ключевая роль — дать аудитории возможность увидеть в героине себя, распознать собственные переживания, осознать, что сложности — часть общего опыта, и найти внутренние ресурсы для движения вперед. Персонажи наших проектов намеренно лишены «супергеройских» качеств, они ошибаются, сомневаются, борются с собой. Именно эта подлинность позволяет поднимать глубокие темы — от любви к себе до умения прощать — в рамках популярного жанра.

— Можно ли рассматривать упрощение драматических конфликтов и опору на клишированные ситуации в мелодрамах канала как осознанную жанровую стратегию? Какие цели она преследует?

— Использование узнаваемых сюжетных ходов и типажей в наших мелодрамах — это не стремление упростить повествование любой ценой, а взвешенное решение. Оно позволяет соблюсти баланс сразу по нескольким направлениям. Прежде всего, мы учитываем ожидания зрителей — люди обращаются к мелодраме за определенным эмоциональным опытом, ищут отражение собственных чувств и рассчитывают на позитивный исход истории. Далее мы опираемся на драматургическую эффективность: устоявшиеся сюжетные схемы не обязательно являются недостатком. Напротив, служат прочной основой, которая помогает четко обозначить конфликт и мгновенно вовлечь аудиторию. При этом важно наполнить историю индивидуальными деталями, именно они делают мелодраму живой. Наконец, мы вынуждены считаться с производственными реалиями: создание сериалов происходит в условиях жестких временных и финансовых ограничений. В таких обстоятельствах использование проверенных решений — способ минимизировать риски и сохранить качество.

Мы внимательно относимся к критике и благодарны за нее, она помогает находить ту тонкую грань, где жанр остается жанром, но не превращается в набор штампов, а история сохраняет искренность и глубину.

— В чем причины расхождений между декларируемыми культурными предпочтениями («я не смотрю мелодрамы») и реальным зрительским поведением у части аудитории? Какие скрытые потребности реализуются через просмотр мелодрам и следует ли рассматривать этот выбор как предмет стеснения?

— Мелодрамы, на мой взгляд, это скрытый практикум по психологии и умению разбираться в природе конфликтов. А интеллект вовсе не пропуск в элитный клуб «интеллектуального кино», а инструмент, дающий возможность осознанно выбирать, что смотреть. Вы вправе одновременно подмечать шаблонные ходы, иронизировать над сюжетными нестыковками и в то же время искренне радоваться кульминационным моментам, например долгожданному признанию в любви. В этом и заключается настоящая свобода — осознавать, что перед вами типичная мелодрама, и все равно получать от нее удовольствие. Так зачем притворяться, что трогательные сцены оставляют вас равнодушными?

«Узнаваемость актеров может подрывать драматургическую интригу»

— Какие составляющие, помимо развития романтических отношений между персонажами, критически важны для достижения зрительского успеха мелодрам Dомашнего?

— Это должна быть простая, по-настоящему жизненная история, такая, в которой счастье оказывается не призрачной мечтой, а чем-то вполне реальным и достижимым, буквально на расстоянии вытянутой руки. Зрительницы, глядя на экран, должны узнавать свой город: те же улицы, дворы, кафе, парки, или легко представить, что могли бы оказаться в таком же месте. Герои — обычные люди с понятными профессиями: учительница, врач, парикмахер, инженер. А «принц» вовсе не из сказки. Он уже рядом, среди знакомых, и чтобы его разглядеть, достаточно просто быть внимательнее к тем, кто искренне заботится о героине.

— В чем заключаются ключевые аргументы «за» и «против» привлечения звезд или начинающих актеров в мелодрамах? Как продюсеры оценивают потенциальное влияние медийности исполнителя на успех проекта?

— Из-за устоявшихся зрительских ассоциаций узнаваемость актеров может подрывать драматургическую интригу: если актриса закрепила за собой образ «страдалицы», ее новый персонаж сразу воспринимается в том же ключе, а актер, известный ролями злодеев, автоматически ассоциируется с отрицательным героем. Такая предсказуемость снижает интерес аудитории. Чтобы решить эту проблему, мы разработали стратегию для нашего насыщенного графика (более 100 премьер в год) и активно привлекаем новые актерские лица, но сохраняем участие звезд в отдельных проектах. Это позволяет поддерживать баланс между узнаваемостью и элементом неожиданности.

— Поделитесь деталями долгосрочной стратегии по распространению вашего контента на дополнительных цифровых и традиционных платформах, а также по выходу на международные рынки. Какие рынки рассматриваются в качестве приоритетных?

— Мы активно сотрудничаем с онлайн-платформами, они с большим интересом размещают наш контент. Успешно осваиваем испаноязычный и португалоязычный сегменты YouTube — сериалы там размещаем почти сразу после эфира. Причины успеха просты — эмоции и переживания в наших мелодрамах универсальны и понятны зрителям во всем мире. В Латинской Америке особенно популярны сюжеты о «Золушке» и истории, затрагивающие проблему домашнего насилия, — по обеим темам у нас богатый выбор проектов.

Возрастное ограничение 16+