В Татарстане сохранят помощь соцработников тяжело больным вопреки новому закону

Защитив права сотрудников центров соцобслуживания, депутаты оставили открытым вопрос о правах нуждающихся в их помощи

В Татарстане сохранят помощь соцработников тяжело больным вопреки новому закону
Фото: Илья Репин/ realnoevremya.ru

С последними изменениями законодательства социальные службы в России получили право отказывать в помощи самым нуждающимся гражданам — тяжело больным или престарелым ветеранам. В Татарстане таковых — 20% от общего числа обслуживаемых соцработниками на дому. В большинстве своем они живут в одиночестве, а многие — психически не здоровы. Поправки в закон о соцобслуживании были внесены в целях защиты прав и здоровья соцработников. Однако без базы в виде подзаконных актов и обязательных к исполнению регламентов нарушить могут права нуждающихся в помощи граждан, включая самое главное право — на жизнь. В новых формулировках и пробелах закона разбиралось «Реальное время».

Предупредил медиков — и свободен

Принятый в новой редакции под занавес 2022 года закон о соцобслуживании* гласит, что «гражданину или получателю социальных услуг может быть отказано, в том числе временно, в предоставлении социальных услуг в форме социального обслуживания на дому, или в полустационарной форме, или в стационарной форме в связи с наличием медицинских противопоказаний». Возобновить обслуживание могут — «после получения заключения уполномоченной медицинской организации об отсутствии медицинских противопоказаний».

После отказа в предоставлении социальных услуг по причине медицинских противопоказаний «поставщики социальных услуг информируют медицинскую организацию по месту жительства гражданина или получателя социальных услуг о необходимости оказания ему медицинской помощи, в том числе медицинского наблюдения». И все! О том, что кроме медицинского наблюдения, то есть периодического посещения врача, этому гражданину может требоваться элементарная бытовая помощь, которую зачастую кроме соцработника и оказать-то некому, ни слова.

Число престарелых ветеранов в Татарстане составляет 20% от общего числа обслуживаемых соцработниками на дому. Максим Платонов/realnoevremya.ru

Совсем недавно в Татарстане вовсю рекламировали пилотный социальный проект «Сиделка» — его реализовали сотрудники центров социального обслуживания населения, и касался он пациентов, нуждающихся в специфическом уходе — как раз таком, который нужен гражданам, от которых теперь соцслужбы получили право отказываться. Еще в 2021 году система долговременного ухода была внедрена во всех муниципальных районах республики — тогда этими услугами было охвачено более 6,7 тысячи человек. Кто теперь этим старикам принесет продукты, приготовит, уберется в квартире, купит лекарства, вызовет врача на дом или организует при необходимости доставку в больницу? Не говоря о том, что некоторых подопечных соцработникам приходится в прямом смысле с ложечки кормить: при деменции или болезни Альцгеймера, к примеру, человек постепенно забывает, как надо есть. Кто это будет делать, если у пациента есть противопоказания в предоставлении соцработника, но нет ни единой живой души из числа близких и родственников?

А какие имеются противопоказания?

Перечень медицинских противопоказаний для оказания социальных услуг на дому пока не обнародован. Но действует Перечень медицинских противопоказаний, в связи с наличием которых гражданину или получателю социальных услуг может быть отказано, в том числе временно, в предоставлении социальных услуг в стационарной форме, который был утвержден приказом российского Минздрава в 2015 году. И можно предположить, что новый перечень будет аналогичным или близким к действующему.

В действующем документе среди противопоказаний для предоставления услуг соцработника, указано, например, такое: «хронические и затяжные психические расстройства с тяжелыми стойкими или часто обостряющимися болезненными проявлениями, в том числе связанные с употреблением психоактивных веществ». Тут все понятно, когда у нездорового психически гражданина дело доходит до обострения, его госпитализируют туда, где соцработник не нужен — нянечки и санитары есть. То же касается «туберкулеза любых органов и систем с бактериовыделением, подтвержденным методом посева».

Среди противопоказаний для предоставления услуг соцработника, указан, например, туберкулез. Ринат Назметдинов/realnoevremya.ru

Другие пункты документа — «злокачественные новообразования, сопровождающиеся обильными выделениями», «заболевания, осложненные гангреной конечности» — вызывают серьезные опасения за беспомощных больных в случае, если они войдут и в перечень противопоказаний к помощи соцработника на дому.

Медики, следуя стандартам лечения, сейчас запросто могут выписать домой на долечивание прошедшего курс химиотерапии или облучения пациента, у которого наблюдаются упомянутые выше обильные выделения. Часто бывает, что выписанный пациент — это одинокий и остро нуждающийся в помощи сотрудников соцзащиты человек. Как при новом законе ему не то что «долечиваться», а с голода элементарно не умереть? Что касается гангрены конечностей — автор этого материала знает семью, где старичок с безнадежной в плане лечения гангреной ноги несколько месяцев умирал дома — на паллиативе и при полном уходе. Остается только гадать, что бы с ним было с учетом новых норм и будь он одинок.

Другие противопоказания к помощи соцработника в стационаре: «трахеостома, каловые, мочевые свищи, пожизненная нефростома, стома мочевого пузыря (при невозможности выполнения реконструктивной операции на мочевых путях и закрытия стомы), не корригируемое хирургически недержание мочи, противоестественный анус (при невозможности восстановления непрерывности желудочно-кишечного тракта)». Такие явления — не редкость для много рожавших или занимавшихся тяжелым трудом женщин в глубоко преклонных годах. Теперь таким одиноким пожилым женщинам могут законно отказать в помощи соцработника.

«Что нам делать теперь — помирать?»

— Среди инвалидов первой группы, которые не могут выжить без помощи соцработника, огромное количество таких, кому теперь могут в ней отказать: с недержанием мочи, пожилых с деменцией, с психическими расстройствами, таких, у кого незаживающие свищи и раны, — говорит инвалид I группы Амина Ибниева. — Их родственники, если сами трудоспособны — работают, их дома с утра до вечера нет. Если они дома — значит, это тоже пожилые, больные люди — пенсионеры или инвалиды, и им многое не по силам. Те, кто принимает такие законы, видимо, не в курсе, что к услугам соцработника люди прибегают вынужденно, что иначе им не выжить.

«Среди инвалидов первой группы, которые не могут выжить без помощи соцработника, огромное количество тех, кому могут отказать», — говорит Амина Ибниева. предоставлено realnoevremya.ru Аминой Ибниевой

В пример Ибниева привела себя, заметила, что она тоже теперь может лишиться помощи соцработника, потому что без памперсов обходиться не может, и никакая операция этого не изменит:

— Я не только не могу убраться в квартире — я не могу самостоятельно открыть дверь, разложить подъемник, выбраться на улицу. И даже если кто-то поможет, все равно не смогу добраться до магазина с продуктами, потому что мне в электроколяске отказали. Один магазин у нас на горке, куда я не заеду, второй — под горкой, туда доеду, так домой не вернусь. Так что у меня теперь вопрос и к депутатам, которые этот закон приняли, и к президенту, который его подписал — что нам делать-то теперь? И как этот закон согласуется с положениями статьи 55 Конституции Российской Федерации, где указано, что «не должны издаваться законы, отменяющие или умаляющие права и свободы человека и гражданина»? Ведь фактически мы лишимся права на жизнь, что нам останется делать — ложись да помирай? Или идти на митинги, как ходили в 2019-м, при Лоханове, из-за негодных памперсов и ортопедической обуви?

Амина Ибниева заметила, что новый закон дает возможность чиновникам сэкономить на оплате услуг соцработников самым нуждающимся — тем, кому полагается бесплатная помощь:

— Не получится так, что соцработников будут подталкивать отказываться от таких подопечных? Вот у нас в Высокой Горе есть инвалид, страдающая рассеянным склерозом — она уже лежит, даже не поворачивается сама. Ей надо памперсы менять, переворачивать, кормить. А дома у нее — только больная мать-пенсионерка да дочка-школьница, которые за ней не смогут одни ухаживать. За нее соцработник получает нормальные деньги. Откажут ей в помощи из-за того же недержания — на соцработнике сэкономят.

«Решение будут принимать с учетом конкретной ситуации»

— В отношении тех, кто находится на социальном обслуживании сегодня, после вступления закона в силу ничего не поменяется, — заверил «Реальное время» руководитель пресс-службы Министерства труда. Занятости и социальной защиты РТ Рафаил Гиниятуллин. — А вот решение, предоставлять услуги соцработника новым подопечным будет приниматься исходя из состояния его здоровья.

Корреспондент издания поинтересовалась, будет ли иметь при этом значение готовность или неготовность самого соцработника оказывать помощь «опасному» пациенту.

— Решение принимают отделы социальной защиты с учетом конкретной ситуации, информации, поступившей от медиков и наличия родственников у гражданина, нуждающегося в помощи.

А как обжаловать отказ?

— Есть ситуации, когда социальное обслуживание на дому или в полустационарной форме требуется для граждан, диагноз которых является опасным для жизни или здоровья самих социальных работников. Для медицинских работников этот вопрос урегулирован, для социальных — нет, — обосновывал ныне принятые изменения в закон «Об основах социального обслуживания граждан в Российской Федерации» в ходе их обсуждения один из инициаторов корректировки законодательства — председатель Комитета Госдумы по труду, социальной политике и делам ветеранов Ярослав Нилов.

Но кроме прав медиков и соцработников существуют и права пациентов, которые в случае отказа в социальном обслуживании остаются один на один с угрозой смерти без лекарств, еды и элементарного ухода.

— Что им делать, сейчас вообще непонятно, — говорит казанский юрист Сергей Сычев, практикующий много лет, в том числе и в области защиты прав пациентов.

Рассуждая с «Реальным временем» о последствиях изменений в законе, он указал на то, что специалисты соцзащиты не имеют медицинского образования и не всегда в состоянии даже оценить наличие повода для принятия решения об отказе:

— В силу некомпетентности им может, например, показаться, что пациент опасен, и они могут тогда начать действовать по принципу «как бы чего не вышло»: дескать, мы прекратим оказание услуг, сообщим медикам и подождем результата. А когда врачи приедут, осмотрят, сделают выводы — очень и очень большой вопрос. Но ответственность за беспомощного гражданина сотрудники соцзащиты уже не несут — они ее перекладывают на медиков.

Юрист также заметил, что, учитывая неспешность российского бюрократического аппарата, подзаконные акты, от которых, собственно, и зависит, чтобы беспомощные инвалиды и старики не остались один на один с неразрешимыми проблемами, будут приняты нескоро. При этом с началом действия изменений в закон «Об основах социального обслуживания граждан в Российской Федерации» ребром встает еще одна проблема:

— Как беспомощный больной человек, не выходящий из дома, может обжаловать принятое в отношении него решение?

*Федеральный закон «Об основах социального обслуживания граждан в Российской Федерации» от 28.12.2013 N 442-ФЗ.

Инна Серова
ОбществоВластьИнфраструктураМедицинаБизнесУслуги Татарстан Министерство труда занятости и социальной защиты Татарстана
комментарии 3

комментарии

  • Анонимно 28 дек
    Приехали!
    Ответить
    Анонимно 28 дек
    Не приехали а приплыли! (Репин. Масло. Третьяковская галерея)
    Ответить
  • Анонимно 28 дек
    Где-то это уже было в истории в какой-то европейской стране!
    Ответить
Войти через соцсети
Свернуть комментарии

Новости партнеров