Альмира Нуртдинова: «Теряя игроков сейчас, мы теряем квалифицированных тренеров в будущем»

Хоккеистка сборных СССР и России — о пережитом землетрясении, карьере прошлого и перспективах будущего

Альмира Нуртдинова: «Теряя игроков сейчас, мы теряем квалифицированных тренеров в будущем»
Фото: сдюсшоривс.рф

Альмира Нуртдинова и Светлана Иванова были лучшими воспитанницами казанского хоккея на траве, добравшись до состава сборной России. Вместе они выступали на множестве турниров, начиная с победы в Межконтинентальном кубке в Аргентине 1985 года. Альмира Вазыховна рассказала в эксклюзивном интервью «Реальному времени» о своей карьере, развитии советского травяного хоккея и нынешних перспективах развития этого вида спорта.

«Моя стипендия была выше, чем зарплата мамы-учительницы»

Альмира Вазыховна, когда вы пришли в хоккей на траве?

— Наверное, это был либо 1979-й, либо 1980-й год. Мне тогда исполнилось 22 года, я занималась легкой атлетикой, обучаясь в это время в КХТИ. Бегала спринт, 100 и 200 метров, но могла и длинный спринт закрыть — это 400 метров, и даже на 800. То есть была такой разносторонней. Играла в баскетбол в команде КХТИ, выступавшей в чемпионате СССР, нас тренировал тогда еще совсем молодой Дмитрий Шувагин.

Легендарный для казанского баскетбола человек.

— Вообще-то я родилась в Казахстане — город Уральск Гурьевской области (известный во времена Емельяна Пугачева как Яицкий городок, который ранее входил в состав России, там у родственников провел свои юношеские годы Габдулла Тукай). Отец был военным, служил там и остался на сверхсрочную службу, познакомившись с моей мамой, которая там и родилась. Там я, кстати, играла в детстве в хоккей с шайбой во дворе, а уже в Казани прочла в газете, что производится набор в хоккей, только травяной. Так и пришла в команду «Спартак», созданную Флёрой Хамитовной Искандеровой и выступавшую на тот момент в первой лиге чемпионата СССР. Тогда же техникой не владел никто, да и вести мяч можно было только одной стороной клюшки. Поэтому, когда мне дали клюшку, в принципе, я уже приноровилась к ней еще с шайбы, плюс у меня была стартовая скорость на уровне, я и побежала сразу к воротам. Мы играли по первой лиге, там было много команд из РСФСР: Барнаул, Пермь, Павлов Посад, я помню.

Отыграв в «Спартаке» чуть более года, я перешла в «Буревестник», куда пригласил Мунир Хабибрахманович Файзрахманов, потом ему еще начал помогать Геннадий Филюшин. Играли на одном энтузиазме, зарплат не было, разве что выдавали талоны на питание. Мы на них либо кушали, либо меняли на наличные, но я была студенткой, получая повышенную стипендию имени Сергея Кирова — 75 рублей. Я получала больше, чем мама в Уральске, которой платили порядка 56 рублей. Ленинская стипендия была еще больше — 100 рублей, но это было недостижимо.

«Пожив в Казани, я стала патриоткой этого города»

И как получили приглашение из второй лиги в команду высшей лиги?

— Если не ошибаюсь, мы выехали для участия в Кубке СССР. И там ли, или чуть позже в Москве, меня заметил маститый наставник Владимир Александрович Меньшиков (в советские времена играл в футбол, хоккей, хоккей с мячом, будучи тренером, работал в футбольной команде ГСВГ, затем переключился на хоккей на траве) и пригласил на просмотровый сбор в Звенигород. Там была база подмосковного «Спартака», а сейчас базируется женская гандбольная команда «Звезда». Я перешла в «Спартак» в статусе звезды, а там снова стала никто и звать никак. Пришлось по-новому работать. Видимо, получилось, если я уже в 1983 году была в числе кандидатов в сборную страны на чемпионат мира в Куала-Лумпуре, Малайзия. В итоге Юрий Николаевич Киселев меня не взял, и дебют состоялся позднее. Правда, я ни в какую высшую лигу переходить не хотела: пожив в Казани, стала патриоткой этого города.

Как? Будучи уроженцем Казани, я уже помню начало 80-х, когда вы как раз переходили в Мособласть. Казань была «дырой», не третьей столицей, как сейчас, а столицей гопников.

— Да, я это запомнила. Меня это лично не касалось, все-таки девушка за двадцать лет, но воочию наблюдала, как группы пацанов бегают с железными прутьями, круша все вокруг. В области улиц Татарстан или Тукайки (Тукая), около речного порта особенно часто их наблюдала. Тем не менее влюбилась в город, жила в студенческом общежитии на Товарищеской, там еще подрабатывала ночами, нам в конце ночной смены давали свежевыпеченный хлеб. Плюс зарплата, стипендия, талоны на питание, нам вполне хватало. Я никакого негатива даже вспомнить не могу. Может быть, потому что все время была занята — учебой, свой институт я очень любила, потом тренировки или игры, подработки эти ночные. Команда в «Буревестнике» была очень дружная, Мунир Хабибрахманович создавал там позитивную обстановку. В целом хоккей на траве был новым видом спорта, постоянно развивался. Олимпиада в Москве 1980 года — это дебют женского хоккея. Мы финишировали третьими, не повезло, что проиграли Зимбабве, команде, которую раньше легко обыгрывали. Зато через год мы стали третьими на чемпионате мира уже с участием всех сильнейших команд мира. До развала СССР наш вид спорта активно развивался. Тогда практически в каждой республике была команда, а центры — РСФСР, Узбекистан, Украина — имели по несколько команд от второй до высшей лиги. Москва — «Крылья Советов», СКИФ, «Спартак», «Фили».

Сейчас такое многообразие команд можно представить только в футболе с его запредельными тратами. Знаю, что в одной из команд Премьер-лиги в связи с последними событиями сократили зарплаты, теперь вместо 5 миллионов рублей человек получает 3 миллиона, без учета премиальных. Правда, команда так пока ничего и не выиграла. А сколько вам платили как сборнику?

— За победу в Межконтинентальном кубке 1985 года в Аргентине нас премировали 200 рублями с вычетом каких-то налогов. За бездетность, что ли, не знаю. У меня до сих пор хранится та сберкнижка, я на ней оставила один рубль, а изначально приход составил 170 с чем-то рублей. При средней зарплате в СССР в 120 рублей это было достойно. В самом «Спартаке» нам примерно столько же платили, без всяких премиальных, мы же долгое время не считались спортсменами, числились в различных организациях. К примеру, я числилась в каком-то совете ДСО «Спартак» города Балашихи.

Чемпионат СССР. «Спартак» (Московская область) — «Связист» (Баку). С мячом Светлана Иванова. Фото: sports.ru

«У нас было много конькобежек и лыжниц»

А кем изначально были ваши партнерши по «Спартаку»?

— Ирина Кочина занималась фигурным катанием, Татьяна Овечкина была конькобежкой, Татьяна Каушнян бегала на лыжах, и, кстати, их было очень много, конькобежек и лыжниц. Уже будучи хоккеистками, мы с Таней Каушнян принимали участие в первом советском турнире по женскому футболу, который проходил в Тирасполе, на призы, кстати, еженедельной газеты «Собеседник». Между нами, я очень любила и продолжаю любить футбол, в советские времена много за ним следила, моим кумиром был Давид Кипиани из тбилисского «Динамо».

Чем занималась Наталья Звонарева?

— Она только по мужу Звонарева, игрок запаса московского «Динамо» по хоккею с мячом. Для нас она Быкова, а Звонарева — это ее дочь Вера, известная на весь мир теннисистка. В итоге и мать, и дочь стали бронзовыми призерами Олимпиад, только с разницей в 28 лет. Наташа, конечно, молодец, все вложила в то, чтобы поднять дочь. Но я хочу отметить, что, когда переходила в Мособласть, то шла на имя Натэллы Красниковой. Мне очень хотелось сыграть с ней в одной команде, мы обе по позиции — центральные полузащитники. Но так получилось, что она практически тут же перешла в «Колос» из Борисполя, когда под Киевом создавали с нуля суперклуб. И вместе мы играли только а сборную страны в Аргентине, где Натэллу назвали «Марадоной травяного хоккея». Полные стадионы, ты выходила на поле и тебя начинало потряхивать от непривычной атмосферы. Или же в Индии, куда мы ездили на Мемориал Индиры Ганди, и нас встречал ее сын, премьер-министр Раджив Ганди, с кем мне довелось обменяться рукопожатиями. У него за спиной были два автоматчика, так что даже непонятно было, как подойти, чтобы пожать ему руки. Увы, вскоре и его самого убили.

Касаемо Красниковой, получается, мне пришлось больше противоборствовать ей в матчах против бориспольского «Колоса», и когда я не давала ей забить с игры, то чувствовала себя на седьмом небе.

Правда, наш «Спартак» оставался на плаву. Развалились «Крылья Советов», и оттуда к нам пришли Галина Инжуватова, Елена Гурьева, Татьяна Каушнян, из СКИФ перешла Наталья Бузунова, и только Света Иванова была тогда совсем молоденькой.

Проводя спортивную карьеру в разъездах, что запомнили из времен развала СССР? Не попадали под раздачу?

— В Узбекистане, помню, нарвались на межнациональный конфликт в Оше. У нас были две игры в Андижане, потом должны были играть в Ташкентской области с «Политотделом». И мы попали как раз под начало киргизо-узбекского вооруженного конфликта в Ферганской долине. Нас тогда вывозили под охраной бронетранспортера. В Сумгаите едва не попали в самую гущу азербайджано-армянского конфликта. В землетрясение попали в Узбекистане, когда земля надвое раскалывалась. Рассказывали, что в разломы целые дома уходили. Правда, воочию мы такого не видели, но нам хватило и того, что наблюдали, как кровати по гостиничному номеру ездят от стены до стены и как земля раскалывалась, пока наш автобус ехал, и водителю пришлось лавировать. Правда, город не могу вспомнить, где это происходило.

Чемпионат СССР. «Спартак» (Московская область) — «Андижанка» (Андижан). Фото: sports.ru

«Поехала на Межконтинентальный Кубок, уже будучи в положении»

Тогда как раз началось переименование городов, так что и не вспомнишь с ходу. Мне один таксист рассказывал, что его часть призвали служить в Гянджу, он открыл карту и не смог понять, куда они поедут. Оказалось, что это Кировабад, который уже успели переименовать в Гянджу.

— Я сама играла долго, застав даже один из первых турниров сборной России, когда мы играли Межконтинентальный кубок в Сингапуре. Признаюсь, что поехала туда в положении. К счастью, врач нашей сборной утаила от тренеров мою беременность, и я родила сына Эльдара, с которым сейчас тренирую команду девочек «Динамо-Электросталь». В заботах о сыне я отказалась от заграничной карьеры, которую могла бы начать после развала СССР, зато в российском чемпионате наигралась досыта — и за Волгодонск, за Барнаул, за Ногинск, помогая даже своей подруге по Казани Светлане Ивановой, которая моложе меня на 7 лет, когда она тренировала вторую команду «Динамо-Электросталь» на уровне высшей лиги.

Потихоньку переходим к вашей тренерской карьере. Я наблюдал матч, с победой в котором вас даже поздравлять неудобно — 33:0. И это притом что соперницы почему-то играли в 11 полевых хоккеисток, но без вратаря. Голкипер не смогла приехать?

— Нет, попал ей мяч больно во втором периоде, она сняла амуницию и сказала, что больше не будет играть. Такие сейчас детки — чуть что заболит, «ой всё». (справедливости ради, через пару дней корреспондент «Реального времени» сыграл в мини-футбольном турнире, где вратарю сломали нос прямым ударом ногой, и он вернулся к команде, хотя бы на скамейку запасных). Пользы от матчей с такими противниками никакой, ни нам радости, ни им печали. Видно, что заставили из спорткомитета, чтобы заявиться в год проведения Спартакиады учащихся. И то, наверное, из какого-то другого вида спорта. Получается, номинально детская команда по хоккею на траве на бумаге есть, реально ее нет. У нас сильная школа в Электростали, и готовы были приехать перспективные игроки, которые хотят связать свою жизнь с хоккеем на траве. Но у нас нет интерната, а в УОР Московской области нет отделения хоккея на траве. Ну и где приезжим жить? Получается, что у нас нет системы развития вида спорта. И мы выпускаем игроков практически в никуда. Закончился год, 18-летние девочки уходят из ДЮСШ. Кого-то заберет команда мастеров, но у Светланы Александровны Ивановой тоже не резиновая заявка, и куда деваться нашим выпускницам? Вот, выпустила я 2001 год рождения, который получился очень хорошим, из него пять-шесть человек перешли в команду мастеров. А остальные? Команд мало, играть негде. А это невозвратные потери, потому что теряя игроков сейчас, мы теряем квалифицированных тренеров в будущем. Оплата которых — это отдельный вопрос. Стартовая ставка — 7—8 тысяч рублей. У меня больше денег уходит на бензин при переезде из Балашихи, где я до сих пор живу еще в той квартире, которую дали при переходе в «Спартак», до Электростали на работу. Меня просто Светлана Александровна уговорила, выдернула из детского садика, где я работала инструктором по физкультуре — на энтузиазме, на любви к нашему виду спорта вернула в хоккей.

Очень печально для того, чтобы заключить: занимайтесь, девочки-мальчики, хоккеем на траве.

— Ну почему? У детей как раз есть поводы для оптимизма. Наш вид спорта бесплатный для занимающихся. Инвентарь, поездки, питание и проживание на соревнованиях — все за счет государственного бюджета. Затем пониженный уровень конкуренции влияет на более легкий путь в команду мастеров, далее — в сборную страны. Да и вообще, любой командный игровой вид спорта — это же интересно.

Джаудат Абдуллин
Справка

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции «Реального времени».

Спорт Татарстан
комментарии 2

комментарии

  • Анонимно 10 май
    вот и закрывать надо хоккей и на траве и н а льду,дети нужным навыкам должны учиться а спорт не нужен вообще.
    физическая культура нужна.
    Ответить
    Анонимно 10 май
    и спорт нужен, и физкультура. Одно другому не мешает
    Ответить
Войти через соцсети
Свернуть комментарии

Новости партнеров