Расследование «Реального времени»: чем дышит Казань и как это контролируют

Росгидромет регулярно фиксирует превышения ПДК загрязнителей. Но можно ли по его измерениям оценивать качество воздуха в столице Татарстана?

Татарстанское управление Росгидромета регулярно фиксирует превышения содержания загрязнителей в атмосферном воздухе: в основном это формальдегид, диоксид азота и взвешенные вещества (пылевые частицы). Некоторые выявляемые вещества имеют резкий неприятный запах, но массовых жалоб жителей и гостей Казани на это нет. Действительно ли все так плохо и воздух в Казани никуда не годится? Как выяснило «Реальное время», проведя собственное расследование вместе с экспертами, дьявол кроется в деталях. В системе мониторинга, которую мы проанализировали, есть хитрый перекос. Например, общая оценка качества атмосферного воздуха примерно на 80% складывается из замеров непосредственно у крупных автомагистралей. И это еще не все.

В 2022 году показатели станут «хуже»

Татарстанское УГМС, которым руководит Сергей Захаров, предупреждает: по итогам 2021 года превышений ПДК в атмосферном воздухе республики зафиксировано больше, чем раньше. Но не потому что в воздухе стало больше загрязнителей, а потому что меняются нормативы. Реально же уровень загрязнения остается примерно на уровне прошлого года. Надежда Девятова, начальник комплексной лаборатории мониторинга окружающей среды УГМС РТ, объясняет:

— С 2022 года меняются предельно допустимые концентрации (далее ПДК, — прим. ред.). Отменен предыдущий СанПин, вводятся новые правила. Если раньше мы среднегодовые концентрации примесей в воздухе сравнивали со среднесуточной ПДК, то с этого года вводится еще и понятие среднегодовой ПДК. Теперь среднегодовые концентрации мы должны будем сравнивать с этим новым показателем среднегодовой ПДК. Надо сказать, что этот показатель для некоторых примесей утвержден очень низким. В результате в этом году повышенный уровень загрязнения атмосферного воздуха, скорее всего, будет зафиксирован не только в Казани (как в предыдущие годы), но и, например, в Набережных Челнах и в Нижнекамске. Повторюсь, не потому что концентрации загрязнителей увеличились, а потому что новая ПДК очень низкая.

Согласно отчетам УГМС РТ за предыдущие годы, Казань показывала некоторые превышения ПДК по основным загрязнителям атмосферного воздуха (например, по формальдегиду и аммиаку). К примеру, в 2020-м среднегодовая концентрация формальдегида превышала ПДК в 1,2 раза, а в 2021 году в связи с изменениями ПДК — в 5,3 раза.

Регулярные сообщения УГМС о точечных превышениях нормативов по формальдегиду и другим загрязнителям появляются на сайте ведомства и немедленно тиражируются в прессе. Однако еще в конце 2020 года в интервью нашему изданию министр экологии и природных ресурсов Татарстана Александр Шадриков объяснял: многое зависит от того, где именно замеряется качество воздуха, где стоит пост стационарного контроля:

— Вопрос, конечно, и в том, где эти станции стоят. Например, они не должны быть ближе, чем в 100 метрах от проезжей части. Чтобы не «ловить» максимум выхлопных газов автомобилей. Кстати, Казань по итогам 2020 года заняла 2-е место по качеству атмосферного воздуха в России. Это не наше мнение, это независимый рейтинг.

Наше издание решило разобраться, как оценивают качество атмосферного воздуха два ключевых ведомства, как организованы измерения и какими нормами руководствуются в Минэкологии и в УГМС.

Три уровня контроля качества атмосферного воздуха

В России организована трехуровневая система контроля качества атмосферного воздуха:

  • государственная наблюдательная сеть (за это отвечает УГМС, которая призвана оценивать качество атмосферы в населенных пунктах в целом),
  • территориальная система наблюдения субъекта РФ (в Татарстане эта функция возложена на региональное Минэкологии, и его функция надзорная — контроль выбросов от предприятий и других источников антропогенного воздействия),
  • наконец, локальная сеть наблюдения (когда предприятия контролируют концентрацию загрязнителей в воздухе в границах своей санитарно-защитной зоны).

В соответствии с нормами законодательства эти уровни должны быть взаимосвязаны и представлять единую систему. Но обмен данными между ведомствами в Татарстане в настоящее время не налажен. Надежда Девятова обращает внимание на то, что Минэкологии РТ не публикует результатов своих измерений в открытом доступе, и утверждает, что таким образом республиканская система функционирует с нарушением норм законодательства, регулирующего требования к функционированию систем мониторинга.

«Реальное время» обратилось за комментариями в Министерство экологии и природных ресурсов Республики Татарстан. Специалисты отдела мониторинга окружающей среды сообщили: был период, когда между министерством и УГМС действовало соглашение об обмене данными, однако потом Росгидромет его разорвал в одностороннем порядке.

А на вопрос о том, почему Министерство экологии не выгружает свои данные в публичное пространство, в ведомстве ответили следующим образом: у него другая — надзорная функция. Здесь контролируются данные по выбросам от промышленности (точки контроля расположены не в жилой зоне, а в точках максимального антропогенного воздействия), а значит, эти результаты не могут характеризовать качество воздуха в населенных местах. Соответственно, и отправляются на постоянной основе они только в заинтересованные органы (например, в природоохранную прокуратуру), призванные реагировать на нарушения. Однако ежегодно в итоговый доклад министра экологии включаются данные о количестве превышений ПДК: например, в докладе за 2021 год количество проб с превышениями было зафиксировано на уровне 0, 0039% от всего массива данных (а всего было отобрано более 4 миллионов проб).

Как рассказали «Реальному времени» в отделе мониторинга окружающей среды Минэкологии РТ, в целях организации межведомственного взаимодействия министерство обменивается данными о состоянии атмосферного воздуха с Управлением Роспотребнадзора по РТ. Кроме того, инициатива по взаимному обмену данных о загрязнении атмосферного воздуха поддержана предприятиями республики — ПАО «Нижнекамскнефтехим» и ПАО «Татнефть».

Как организована система контроля воздуха в УГМС?

Сеть контроля за качеством атмосферного воздуха, организованная УГМС, старейшая в стране. Период непрерывных наблюдений здесь насчитывает десятки лет, и это ведомство призвано оценивать качество воздуха в целом по городу. В Казани расположены 10 стационарных постов контроля. Надежда Девятова объясняет нашему изданию, как происходит работа.

4 раза в сутки — в 01.00, в 07.00, в 13.00 и в 19.00 — отбирается проба. Несколько постов оборудованы автоматическим пробоотборником, на остальные выезжают специалисты и производят отбор с помощью поверенного оборудования (пробоотборники, аспираторы). Забор проб продолжается 20—30 минут, пробы в дальнейшем анализируются в лаборатории УГМС.

Параллельно с отбором проб происходит измерение метеорологических параметров, которые фиксировались в момент отбора: температуры, влажности, давления. Эти параметры влияют на скорость рассеивания загрязнителей в воздухе. Например, многое зависит от направления и скорости ветра, от атмосферных инверсий.

В 8 утра пробы собираются в лаборатории, к 14.00 результаты анализа воздуха по 31 виду примесей (в их числе органические, неорганические вещества, взвеси) уже готовы. Что происходит в момент обнаружения сильного превышения по какому-либо веществу?

Надежда Девятова объясняет:

— У нас есть критерии высокого и экстремально высокого загрязнения. Если, например, на каком-либо посту мы зафиксировали 10 ПДК и более, то вряд ли это могло быть вызвано выхлопными газами автомобиля. Ситуация может быть связана с залповым выбросом от предприятия. И мы по списку оповещаем об этом природоохранные органы, органы власти республики, органы прокуратуры. Реагировать на ситуацию должны уже они, наша задача — зафиксировать превышение и информировать о его наличии. Они выясняют, от какого предприятия этот выброс мог бы в атмосферу попасть: в зависимости от того, кто что выбрасывает и на каком удалении от этого поста находится тот или иной промышленный объект. Дальнейшие действия определяют уже эти органы.

Больше половины постов УГМС в Казани замеряют загрязнение у дороги

В Казани установлено 10 стационарных постов наблюдения УГМС за качеством атмосферного воздуха. Это соответствует нормативам для городов-миллионников, установленным приказом Министерства природных ресурсов и экологии РФ №524 от 30 июля 2020 года. Однако минимум 6 из 10 этих постов находятся в непосредственной близости к крупным автодорожным магистралям города.

Например, посты №3 на ул. Мартына Межлаука, на ул. Степана Халтурина, №9 на ул. Побежимова — в 10 метрах от проезжей части. Посты №5 на ул. Татарстан, №10 на ул. Бигичева — в 20 метрах от дороги. Пост №7 на Декабристов находится подальше — в 30 метрах от проезжей части, зато рядом прямо вдоль магистрали стоит многоквартирный дом: таким образом вполне возможно экранирование выбросов от машин в сторону поста контроля. Правда, на улице Лаврентьева пост №10 стоит во дворах, до дороги целых 65 метров, зато рядом гаражи и автостоянка. И только на Дубравной (пост №15) до проезжей части надо идти 200 метров (здесь пост располагается на базе опорной метеостанции).

Артур Шакирзянов, начальник отдела экологического мониторинга Минэкологии, объясняет:

— Чтобы обеспечить безопасность населения, для разных объектов антропогенного воздействия предусматривается наличие санитарно-защитных зон (СЗЗ). Этот вопрос регламентирует СанПиН 2.2.1/2.1.1.1200-03. Есть еще понятие санитарного разрыва — это та же СЗЗ, но в отношении линейных источников загрязнения (автодорог, взлетно-посадочных полос, железнодорожных линий и т.д.). Пунктом 2.6 этого документа устанавливается расстояние источника загрязнения воздуха, уменьшающее его воздействие до нормативов, благоприятных для человека. Величина санитарного разрыва устанавливается в каждом конкретном случае на основании расчетов рассеивания загрязнения атмосферного воздуха. Но если измерительный пост установлен в пределах санитарного разрыва автодороги, сравнивать измеренные концентрации загрязняющих веществ в воздухе с ПДК для населенных мест некорректно. Сравнивать такие данные нужно с ПДК для рабочих зон, которые по подавляющему количеству загрязнителей в разы выше. Например, взять сероводород: максимальная разовая ПДК для атмосферного воздуха населенных мест и жилых помещений по нему установлена на уровне 0,08 мг/кубометр, а в границах санитарно-защитной зоны — порядка 10 мг/кубометр. Разница — в тысячу раз! Даже по градостроительным нормам в санитарных разрывах не может располагаться жилое здание или, например, детский сад.

«Совершенно необязательно, чтобы пост стоял на дороге»

Ведомство Сергея Захарова, разъясняя свою позицию, ссылается на приказ федерального Министерства природных ресурсов и экологии от 30 июля 2020 года №524. В нем устанавливается порядок расположения стационарных постов наблюдения за качеством атмосферного воздуха:

«Приоритет при выборе мест размещении пунктов наблюдений имеют плотность проживания населения или специфика территории, густонаселенные районы и зоны рекреации населения, а также места наиболее высокого загрязнения атмосферного воздуха, выделенные на основе данных, полученных по результатам рекогносцировочных натурных наблюдений или результатов сводных расчетов рассеивания выбросов на территориях городских и сельских поселений».

Надежда Девятова объясняет:

— Приказом Минприроды РФ предусмотрено производство наблюдений за качеством атмосферного воздуха городов и населенных пунктов с разными условиями: внутри жилой застройки, вблизи автомагистралей, в зонах отдыха. То есть система наблюдений должна оценивать качество воздуха в реальных условиях городской жизни: жители города и на остановках общественного транспорта вблизи дорог стоят, и многие объекты застройки также расположены в непосредственной близости к ним. Посты УГМС в соответствии с установленными требованиями располагаются в жилой зоне (например, пост №11 на Лаврентьева), в парковой зоне (например, пост №8 в парке Горького), вблизи автомагистралей (например, пост №5 по ул. Татарстан, №7 по ул. Декабристов) для объективной оценки качества воздуха в целом по городу.

Правда, в приказе Минприроды, на который ссылаются специалисты УГМС, не говорится прямо, что не менее 60% постов должны стоять в местах максимального антропогенного воздействия от автодорог, но в Казани именно так и происходит. Зато в этом приказе пунктам наблюдения присваиваются категории в зависимости от их размещения:

  • городские,
  • фоновые,
  • городские фоновые,
  • промышленные,
  • автотранспортные.

По этим требованиям 8 из 10 пунктов наблюдения УГМС в Казани должны быть отнесены к категории автотранспортные, так как расположены в непосредственной близости к автомобильным дорогам и парковкам. Они определяют уровень загрязнения от автотранспорта.

В сухом остатке вырисовывается такая ситуация: общая оценка качества атмосферного воздуха, которую собирает УГМС, в подавляющем большинстве базируется на измерениях прямо у дороги. Данные с 10 постов обсчитываются, усредняются, на их основе делается оценка качества атмосферного воздуха по всему городу. Но сильно ли различается уровень загрязнения у дороги и на удалении от нее?

Артур Шакирзянов приводит данные о рассеивании загрязняющих веществ по мере удаления от автомагистрали. Они получены путем сводных расчетов и, по словам специалистов из Минэкологии, регулярно подтверждаются фактическими данными измерений. И выглядит эта ситуация так:

— Согласно результатам сводных расчетов загрязнения атмосферного воздуха, реализация которых организована Министерством экологии, в непосредственной близости от автодороги по некоторым загрязняющим веществам фиксируется до 4 ПДК, при удалении от автодороги на расстояние 10 метров концентрации данных веществ снижаются до 2,8 ПДК. Если отойти на 50 метров, концентрации достигают 2 ПДК, а на расстоянии от автодороги 100 метров и более влияние выбросов от автотранспорта практически сводится к минимуму. Соответственно, корректной оценке качества атмосферного воздуха в жилой зоне будет способствовать соблюдение 100-метровой охранной зоны вокруг поста контроля, что предусмотрено требованиями постановления правительства РФ от 13 марта 2021 года №392.

Специалисты Минэкологии показывают нам карты сводных расчетов концентраций загрязнителей в городских кварталах. К примеру, берем диоксид азота (загрязняющее вещество, которое преобладает в автомобильных выхлопах). У кромки крупных магистралей максимальная концентрация диоксида азота в пиковое время (пробки, часы пик) — 4 ПДК. В 50 метрах — уже на уровне 1,5—1 ПДК. А в 100 метрах — уже в пределах ПДК (установленного для населенных мест, а не для рабочих).

— Соответственно, контролировать концентрацию у дороги и потом экстраполировать это значение на весь город, на все территории, где живут люди, стоят парки, детские сады, больницы, некорректно. Картина в целом по городу не может быть такой же, как у дороги! Это показывают и наши расчеты, и здравый смысл, и законодательство, которое не зря вводит понятие ПДК рабочей зоны и распространяет ее на санитарные разрывы и СЗЗ. Ведь люди не находятся здесь круглосуточно, — повторяет Артур Шакирзянов.

Кстати, в Минэкологии говорят о том, что ситуация с местами размещения постов УГМС РТ обсуждается в Казани не впервые. Так, предложение об их пересмотре, чтобы получать объективную информацию о качестве атмосферного воздуха в целом по городу, поддержано специалистами из Управлений Роспотребнадзора и Росприроднадзора. Обсуждалось это и на совещании в Казанской межрайонной природоохранной прокуратуре. Но и УГМС действует не по зову собственной души. Надежда Девятова объясняет:

— Мы располагаем посты в соответствии с требованиями нормативных документов. В Казани загрязнение идет от автодорог, и не оценивать это не совсем правильно. Наш головной институт, в котором аккумулируются наши данные, отслеживает нашу работу, в том числе и то, как установлены посты. Регулярно проверяет, так ли стоят посты, все ли как надо. Потому что в конечном счете они отвечают и перед Росгидрометом, и перед Минприроды.

На какой документ ссылается Минэкологии?

Постановление правительства РТ №392 «Об утверждении положения об охранной зоне стационарных пунктов наблюдений за состоянием окружающей среды, ее загрязнением», на которое ссылается Шакирзянов, вышло 17 марта 2021 года. В нем говорится, что стационарные пункты наблюдения за качеством атмосферного воздуха тоже должны «снабжаться» охранной зоной, чтобы на качество контроля ничего не влияло. Предельные размеры охранной зоны составляют 100 метров во все стороны от места расположения приборов и оборудования стационарного пункта наблюдения. Вот цитата из этого документа:

«В границах охранной зоны запрещается:

а) строительство объектов капитального строительства, возведение некапитальных строений и сооружений, размещение предметов и материалов, посадка деревьев и кустарников (далее — препятствия) на расстоянии менее или равном 10-кратной высоте препятствия вокруг стационарного пункта наблюдений, а для препятствий, образующих непрерывную полосу с общей угловой шириной более 10 градусов, — на расстоянии менее или равном 20-кратной максимальной высоте препятствия вокруг стационарного пункта наблюдений».

Но, как объясняет нашему изданию Надежда Девятова, формулировка этого документа предполагает, что строительство, организация стоянок, посадка кустов и деревьев запрещаются в охранной зоне уже после того, как на указанной территории установлен пост контроля качества атмосферного воздуха:

— Тут имеется в виду, что в этой стометровой зоне не должно происходить никаких изменений. Если пост там уже стоит и он фиксирует загрязнение, в том числе и от автотранспорта, то в это время там не должно происходить никакой застройки (потому что в процессе резко ухудшается качество атмосферного воздуха). В охранной зоне не должно происходить ничего без уведомления нас, потому что мы должны оценивать, за счет чего ситуация меняется. Если, например, дорогу ремонтируют или постройки начинают возникать — этого быть не должно.

Как контролирует качество атмосферного воздуха министерство?

В задачи территориальной системы наблюдения за качеством атмосферного воздуха входит надзорный контроль, цель Министерства экологии — не допустить нарушения. С учетом этих задач его станции контроля установлены исключительно там, где есть непосредственное влияние крупных объектов антропогенного влияния. Например, в Казани станции контроля стоят в зоне влияния ПАО «Казаньоргсинтез», на территории тепличного комбината «Майский», на ул. Павлюхина в 30 метрах от автомагистрали. В Альметьевском районе посты ведомства расположены в зоне влияния нефтеперерабатывающих заводов: это нужно, чтобы в случае загрязнения «поймать» приборами след выброса (аэрозольное облако) и вовремя принять меры. Ключевое слово — «вовремя»: автоматические станции контроля загрязнения передают информацию по 36 основным загрязнителям. Отбор проб идет каждые 20 секунд и усредняется на 20 минут. В случае превышения ПДК для рабочей зоны специалисты выезжают на место с передвижной лабораторией, проверяют факт нарушения и принимают меры.

Всего в республике стоят 16 автоматических станций контроля загрязнения атмосферного воздуха (АСКЗА) от Минэкологии: 4 — в Казани, 2 — в Набережных Челнах, 4 — в Нижнекамске, по одной — в Елабуге, Азнакаево и Менделеевске, одна — в Нижнекамском районе (с. Большое Афанасово) и две — в Альметьевском (в поселке Нижней Мактаме и селе Калейкино). Кроме того, крупные промышленные предприятия республики — ПАО «Нижнекамскнефтехим» и ПАО «Татнефть» — подгружают в территориальную систему мониторинга данные и со своих АСКЗА, так что тут имеет место некая природоохранная коллаборация промышленности и министерства, соединение второго и третьего уровней контроля.

Каждые 20—40 минут (в зависимости от вещества) данные с АСКЗА подгружаются в программный комплекс СЭМОС и в ГИС «Экокарта РТ». В случае превышения ПДК по какому-либо из 35 веществ строчка в этом отчете отмечается желтым или красным цветом (в зависимости от зафиксированной концентрации). Всего АСКЗА представляют данные более чем 4 миллионов измерений в год.

Шесть передвижных экологических лабораторий проверяют факты загрязнения, зафиксированные автоматическими станциями контроля. На них стоит такой же комплекс приборов, что и на АСКЗА. Эти лаборатории есть в Казани, по одной — в Челнах, Нижнекамске и Альметьевске.

Специалисты Минэкологии проводят и ручной отбор проб для анализа. Он осуществляется по планам-графикам, которые формируются на год, в определенных точках по определенным загрязняющим веществам. Так, в Казани в 2021 году отбирали пробы еще в 7 точках контроля (на крупных промышленных предприятиях, на биологических очистных сооружениях, на полигоне ТБО).

Артур Шакирзянов рассказывает:

— В своей деятельности мы регламентируемся 524-м приказом Минприроды. С учетом 151 пункта этого приказа наши посты располагаются в зоне влияния промышленных предприятий (максимального антропогенного воздействия). Таким образом, мы не характеризуем общее состояние атмосферного воздуха городов республики, а используем данные для оперативного реагирования. Обновление данных через 20—40 минут позволяет нам оперативно выезжать, выявлять источники и предпринимать соответствующие меры. На текущий момент у нас в республике есть 121 точка контроля качества атмосферного воздуха. В это число входят 16 автоматических постов и 105 точек, где производится ручной отбор. Туда выезжает либо передвижная лаборатория, либо специалист, который вручную отбирает пробы. Этой сеткой накрывается вся республика. Периодичность отбора проб в той или иной точке зависит от антропогенной нагруженности района. В менее нагруженных районах пробы отбираются, к примеру, ежеквартально. А в более нагруженных — ежемесячно или чаще, в зависимости от необходимости точной оценки влияния тех или иных предприятий. Учитывается и сезонность: например, атмосферу над полями и населенными пунктамм вблизи них мы тоже анализируем. Акцент при этом делается на весенне-осенний период.

Что с формальдегидом?

Как мы уже говорили, в 2020 году среднегодовая концентрация формальдегида в Казани, согласно отчетам, подготовленным в УГМС под руководством Сергея Захарова, превышала ПДК в 1,2 раза. Однако лаборатории Минэкологии такого превышения не выявили. Артур Шакирзянов объясняет:

— Наша лаборатория не подтверждает факта превышения допустимой концентрации по формальдегиду в атмосферном воздухе. Мы контролируем это вещество на АСКЗА, проводили и 60 замеров ручным способом: у нас не зафиксировано превышений. Когда к нам поступают сигналы от УГМС, мы высылаем на место передвижную лабораторию, но проблема в том, что их данные появляются только на следующий день после того, как было зафиксировано загрязнение, а не в режиме реального времени, как при автоматическом измерении. Соответственно, когда мы приезжаем на место, все уже рассеялось. Но надо иметь в виду еще и вот что: даже в небольшой доле от нормы формальдегида в воздухе человек ощущает эту концентрацию в виде неприятного резкого запаха, раздражения кожи, слизистых оболочек глаз и носоглотки. Однако таких жалоб к нам за весь 2021 год не поступало.

В нормативных документах говорится, что ПДК формальдегида в воздухе составляет 0,5 мг/м³, при этом суточная ПДК в пять раз меньше — 0,01 мг/м³. Первый признак появления его паров в воздухе — характерный резкий запах. Он характеризуется как «больничный» или «аптечный» аромат, некоторые ассоциируют его с новой мебелью (пары формальдегида первое время могут выделяться из ламината, МДФ, МДСП, фанеры, так что новая мебель пахнет именно им). В специализированной литературе говорится, что он ощущается уже при концентрации, которая в 25 раз меньше допустимой по санитарным нормам. «Реальное время» проанализировало жалобы на запах в городском воздухе в системе «Народный контроль» за последний год: подобных описаний не встретилось ни разу.

Кстати, не всегда повышенная концентрация формальдегида в казанском воздухе, даже зафиксированная УГМС, означает прямое загрязнение. К примеру, летом 2021 года в городе фиксировалось много превышений по этому веществу: виной тому стала жара и вторичное загрязнение. В воздухе оказываются различные углеводороды, которые под воздействием высоких температур вступают в химические реакции друг с другом, и образуется формальдегид. В этом случае он считается вторичной примесью, как объясняет начальник лаборатории УГМС Надежда Девятова.

Отказ от автоматизации

В 2013 году четыре поста УГМС в Казани были оснащены автоматическим оборудованием, которое определяет основные загрязняющие вещества в воздухе: оксид углерода, оксид и диоксид азота, сероводород. Планировалось, что модернизация наблюдательной сети продолжится — автоматические средства контроля обеспечивают непрерывные измерения. Однако 1 декабря 2019 года автоматическое оборудование на всех четырех казанских постах было отключено. Надежда Девятова объясняет:

— Автоматические газоанализаторы в данный момент отключены, потому что наши задачи можно выполнять лабораторным методом. В соответствии с вышеприведенным приказом полная программа наблюдений — это четырехразовый отбор. Особой необходимости в непрерывном контроле нет, потому что наша задача — только оценить уровень загрязнения. У нас же нет контрольно-надзорных функций. На части постов установлены автоматические пробоотборники, которые отбирают пробы воздуха четыре раза в сутки. Ежедневно специалисты проезжают по ним и собирают пробы, отобранные с помощью автоматических пробоотборников. Потом эти пробы анализируются в лаборатории.

В свою очередь специалисты Минэкологии обращают внимание на то, что непрерывные наблюдения исключают получение завышенных концентраций загрязнителей в случае локальных выбросов. И если бы посты УГМС снова заработали в автоматическом режиме, а само ведомство переподписало бы соглашение о взаимном обмене данных, то система мониторинга в республике вышла бы на новый уровень. Артур Шакирзянов напоминает еще и о том, что пробы воздуха анализируются в лаборатории УГМС лишь на следующий день. И тут возникает резонный вопрос: как поймать нарушителя по залповым выбросам, если информация приходит с задержкой?

«В разовых превышениях нет ничего страшного»

На вопрос о том, означают ли разовые превышения в различных точках отбора проб УГМС постоянное плохое качество атмосферного воздуха, Надежда Девятова отвечает:

— В разовых превышениях нет ничего страшного. Поэтому и нужно оценивать обстановку за длительный период, а не делать разовый отбор в одной точке: по такому отбору судить о ситуации невозможно. Краткосрочное превышение может быть связано в том числе и со случайными факторами (выброс автотранспорта в непосредственной близости от точки отбора).

Надежда Девятова объясняет, как в таком случае формировалось среднегодовое превышение ПДК по ряду веществ в целом по городу. Дело в том, что есть понятие максимально допустимой разовой концентрации, а ведь каждая отдельная проба оценивает как раз разовые концентрации. И вот эта самая максимально допустимая разовая концентрация установлена гораздо выше среднесуточной ПДК. Получается, что из множества разовых замеров формируется общая средняя картина: она допустима в моменте, но превышает среднесуточные нормы (а с новыми правилами, видимо, будет превышать и среднегодовые).

Что же происходит потом с огромным массивом данных, который собирает УГМС? Поскольку это федеральное учреждение, все данные передаются дальше в головной институт Росгидромета — Главную геофизическую обсерваторию. Оттуда данные передаются дальше — в Минприроды РФ. В свою очередь Минприроды по ним формирует перечень городов с неблагоприятным состоянием атмосферного воздуха. Затем в зависимости от того, на какой позиции этого антирейтинга располагается тот или иной город, информация и директивы передаются в местные природоохранные органы. Их задача — продолжать работать над снижением уровня загрязнения.

Таким образом, выходит, что рейтинг российских городов по загрязненности атмосферы формируется исключительно по данным УГМС. И эти данные не подлежат сомнению: лаборатория лицензирована, оборудование регулярно проходит поверку, информация о превышениях перепроверяется (если в пробе нашли повышенную концентрацию того или иного загрязнителя, ее анализируют заново).

Однако корректно ли делать оценку состояния атмосферы всего города не по фоновым пунктам контроля, а на 80% по автотранспортным? Объективной ли получается такая оценка? Возможно, появись единая норма о том, какой процент постов контроля должен относиться к фоновым, городским фоновым, автотранспортным, промышленным и т.д., и разногласий бы не возникало, и регулярные сообщения о зашкаливающих концентрациях загрязнителей в казанском воздухе не возникали бы.

Людмила Губаева
Общество Татарстан

Новости партнеров