«Их стерло с лица земли»: за предбанкротное сжигание аммонала на «Фонике Гипс» посадили троих

Осужденный топ-менеджер компании обвинил в незаконном приказе руководство Госжилфонда, но не смог разжалобить Верховный суд РТ

«Их стерло с лица земли»: за предбанкротное сжигание аммонала на «Фонике Гипс» посадили троих Фото: Ирина Плотникова (справа Рудкевич, слева Аминов)

В Татарстане вступил в силу приговор по делу о взрывах на руднике «Фоники Гипс» в Камском Устье. В декабре 2017-го взрывник и водитель сжигали в бочке аммонал в нарушение законов и инструкций. Когда рвануло, осколок бочки зацепил машину с остатками взрывчатки, и через секунду последовал новый взрыв. Мощность обоих в тротиловом эквиваленте эксперты оценили в 43 кг. За жизни погибших, выполнявших задание начальства, их родственники требовали 10 млн рублей. Как выяснило «Реальное время», по делу допрашивали и главу ГЖФ, а его подчиненного подозревали в причастности к преступлению.

Вместо промышленного полигона аммонал сжигали в бочке

Трое осужденных Камско-Устьинским судом к реальным срокам приехали в Верховный суд Татарстана своим ходом. До вступления приговора в силу их оставили под подпиской.

Нарушение требований промышленной безопасности опасных производственных объектов, повлекшее смерть двух и более лиц (ч. 3 ст. 217 УК РФ), предусматривает наказание до 7 лет лишения свободы. Бывшего главного инженера — замгендиректора ООО «Фоника» Рустама Аминова приговорили к 3 годам, экс-начальника подземного участка добычи Анатолия Радкевича — к 2 годам и 9 месяцам, а горного мастера Константина Макарова — 2,5 года колонии-поселения.

Взрыв на руднике в Сюкеево Камского Устья прогремел около 5 часов утра 25 декабря 2017 года. По сообщениям экстренных служб, когда сотрудники выезжали из шахты на автомобиле, произошел самопроизвольный подрыв аммонала.

Вскоре прокуратура обвинила руководство «Фоники» в попытках скрыть правду о ЧП. А в ходе следствия было установлено — взрыва было два. И погибшие машинист подземных самоходных машин Наиль Шамсутдинов и взрывник Айрат Гайнуллин перед ЧП находились не в машине. По данным экспертов, они стояли на площадке у выезда с рудника возле бочки, в которой в конце смены рабочие жгли остатки взрывчатых веществ, выданных со склада.

Что спровоцировало взрыв — большая масса взрывчатки или случайно попавший в бочку детонатор — так и не было установлено. В отличие от причины второго взрыва — коробки с аммоналом в машине сдетонировали после разлета осколков бочки. Что стало с рабочими — один свидетель на следствии рассказывал так: «Их буквально стерло с лица земли. Тел мы уже не обнаружили».

Взрыв на руднике в Сюкеево Камского Устья прогремел около 5 часов утра 25 декабря 2017 года. Фото prokrt.ru

Рисковали жизнью под угрозой увольнения

Вывод экспертов: место и способ уничтожения «с нарушением всех существующих правил обращения со взрывчатыми материалами указывают на профессиональную некомпетентность как взрывников, так и их руководителей». Такие работы должны проводиться только на полигоне, с составлением проекта уничтожения, обученными людьми и дистанционно.

Расследование вскрыло страшную правду — данный способ «утилизации» на руднике взрывники и необученные машинисты-водители в том декабре применяли регулярно. Часть свидетелей признавалась — в случаях отказа им грозили увольнением.

Судом установлено — главный инженер Аминов потребовал до конца 2017 года уничтожить все запасы взрывчатки на руднике — несколько тысяч тонн аммонала и электродетонаторов — в связи с грядущей ликвидацией «Фоники Гипс». На следствии сам Аминов утверждал — такое указание поступило от представителя Госжилфонда РТ Максима Корнянена. Незадолго до этого ГЖФ выкупил права требования по кредитам «Фоники» аж на 2 млрд рублей и, по словам ныне осужденного, подключился к управлению. Корнянен наотрез отрицал, что давал распоряжения уничтожать взрывчатку, и в итоге был переведен из подозреваемых в свидетели.

В качестве свидетеля допросили и Талгата Абдуллина, в то время главу Госжилфонда РТ, но он лишь подтвердил сделку на 2 млрд и направление на рудник Корнянена «с целью контроля сохранности имущества».

Суд пришел к выводу, что незаконная директива по взрывчатке была рождена руководством предприятия. В итоге работникам рудника на складе выдавали вдвое больше взрывчатки и детонаторов, чем можно было использовать в смену. Часть приходилось взрывать в старых шахтах, часть с риском для жизни жечь открытым способом на поверхности.

Незадолго до этого ГЖФ выкупил права требования по кредитам «Фоники» аж на 2 млрд рублей и, по словам ныне осужденного, подключился к управлению. Фото Романа Хасаева

Осужденный мастер: «Моей вины в гибели людей нет»

Приговор суда оспорили и подсудимые, и родные погибших. Не признавший вину горный мастер Макаров на апелляции в Верховном суде РТ настаивал на отмене приговора: «Я не давал указаний взрывникам о проведении таких работ… Моей вины в гибели людей нет. Очень сочувствую, переживаю». Его адвокат Вячеслав Астраханцев ссылался на показания свидетелей, что его клиент «негативно высказывался о сжигании взрывчатки, подходил к Радкевичу и говорил, что больше участвовать в этом не будет».

Также защитник подчеркивал — судом не дана оценка действиям самих погибших, которые, по данным расследования Ростехнадзора, и сами грубо нарушили правила охраны труда.

Полностью признавший вину начальник участка Радкевич в суде несколько раз высказывал сожаления: «Прошу простить меня. Если есть возможность — не лишать свободы». Адвокат начальника участка указал на искажение фактов в приговоре: «Суд учел мнение потерпевших, настаивающих на строгой мере наказания, хотя оба потерпевших на суде просили снисхождения для Радкевича». В апелляционных жалобах родственники взрывника и машиниста попросили условных сроков для Радкевича и Аминова. После выплат с их стороны.

Отметим, что два гражданских иска на 5 млн рублей каждый суд удовлетворил лишь частично, постановив взыскать в пользу супруги Гайнуллина 300 тысяч рублей, а в пользу сына Шамсутдинова — 450 тысяч рублей, неравными долями с каждого подсудимого. Радкевич с Аминовым свое уже выплатили.

«Фоника» работала без лицензии?

«Глубоко убежден — на свободе принес бы больше пользы обществу!» — заявил Верховному суду бывший топ-менеджер «Фоники». По его словам, указаний сжигать взрывчатку он не давал, решение «принималось на уровне смены», с ним не согласовывалось. В финале выступления Аминов, чуть не плача, попросил изменить наказание.

Его защитник повторила слова об указаниях со стороны представителя ГЖФ о необходимости уничтожить взрывчатые вещества до конца года. Законных способов было два — вывезти несколько тысяч тонн на полигон или уничтожать в забое. Прикинули — для вывоза нужно 55 рейсов на расстояние 3 км, из которых 800 метров — крутой подъем в гору, оставшийся участок — дорога общего пользования. В зимних условиях, отмечала адвокат, невозможно было гарантировать безопасность таких рейсов для окружающих и самих рабочих.

Верховный суд РТ поправил лишь ошибки в имени одного и отчестве другого осужденного. В ближайшее время все трое должны самостоятельно прибыть в колонию-поселение. Фото Ирины Плотниковой

По версии защиты, Аминов выбрал взрывы в забое и ни о каком сжигании не знал, это была «инициатива горных мастеров». Единственное, что признает бывший топ-менеджер, — неэффективность контроля со своей стороны и ответственных нижестоящего уровня.

Адвокат Аминова сообщила, что в декабре 2017 года «Фоника» вообще не должна была работать — не было лицензии на ведение горных работ. «Мой клиент доводил эту информацию до своего руководства и ГЖФ, ему сказали — вопрос не его уровня. Но почему-то отсутствие лицензии не отражено ни в акте расследования Ростехнадзора, ни в приговоре».

Представитель прокуратуры РТ на заседании просила уточнить приговор лишь в части персональных данных, а наказание не менять.

Верховный суд РТ поправил лишь ошибки в имени одного и отчестве другого осужденного. В ближайшее время все трое должны самостоятельно прибыть в колонию-поселение.

Ирина Плотникова
ОбществоИнфраструктураЭкономикаПромышленностьБизнесПроисшествия Татарстан
комментарии 17

комментарии

  • Анонимно 07 февр
    а вы посмотрите как менялось руководство? и какой они квалификации? а квалификация - менеджеры в розовых штанишках. это все звенья одной цепи: и булгария, и хромая лошадь, и зимняя вишня. всему этому одно определение - безответственность. удивляюсь только позиции главного инженера: он просто должен был затребовать письменного распоряжения на уничтожение. раз этого не сделал - отвечай по полной. и гибель полностью лежит на его совести.
    Ответить
    Анонимно 07 февр
    Вот в том то и дело, что виной стала Безответственность...
    Ответить
  • Анонимно 07 февр
    А куда деваться мужикам?...
    Ответить
    Анонимно 15 февр
    такое предприятие развалили
    Ответить
  • Анонимно 07 февр
    Фильм советский - "Чисто английское убийство". А это чисто российское преступление. К сожалению.
    Ответить
    Анонимно 07 февр
    да, такой бардак это наше, народное
    Ответить
  • Анонимно 07 февр
    идиотизм в чистом виде
    Ответить
    Анонимно 07 февр
    не стали бы на ГЖФ клеветать. очень похоже на правду
    Ответить
  • Анонимно 07 февр
    Я думал на предприятиях, где используются взрывчатые вещества уровень техники безопасности и контроля за ее исполнением на высоте... ошибался
    Ответить
    Анонимно 08 февр
    Я то же думал про Совет Федерации, а и оттуда волокут под белы руки..
    Ответить
    Анонимно 13 февр
    избирательно волокут заметим
    Ответить
  • Анонимно 07 февр
    Ростехнадзор задним числом горазд шашкой махать. где раньше были, интересно
    Ответить
  • Анонимно 07 февр
    Ужасно! Это все только из-за нарушений техники безопасности...Халатность
    Ответить
  • Анонимно 08 февр
    Работал в 70-х годах в Зеленогорской экспедиции на Полярном Урале взрывником-проходчиком канав. Аммоналом топили буржуйку (жили в палатках). После сезона оставалось сотни килограмм взрывчатки, километры бикфордова шнура, тысячи детонаторов. Ничего не вывозилось. Детонаторы подрывали, шнуры и аммонал сжигали, дым до небес
    Ответить
  • Анонимно 08 февр
    После смены не использованные ВВ обратно на склад не здаются а уничтожаются . В том что была превышена критическая масса ВВ или вместе зо взрывчаткой попал детонатор вина самих работников , да ещё нарушивших ТБ и не отошедших на безопасное расстояние.
    Ответить
  • Konstantin Kuplyankin 08 февр
    Ой что то терзают смутные сомнения. Самопроизвольная детонация аммонала, или детонация от удара осколками бочки? Тогда вот выписка из войскового "Наставления по инженерному делу":
    Все аммиачно-селитряные ВВ достаточно безопасны в обращении: не взрываются от удара, трения, тряски и прострела винтовочной пулей: зажженные на открытом воздухе, горят спокойно без взрыва желтым коптящим пламенем. Хранить их надо в сухих, хорошо проветриваемых помещениях." При влажности более 2%процентов их вообще невозможно с инициировать. Что то там другое использовали, потом заметали следы, а оно и рвануло. Причём по поведению больше на гексоген похоже. Тротил ведь тоже на воздухе просто горит.
    Ответить
  • Анонимно 15 февр
    Мне одному показалось странным, что хранилось на складе несколько ТЫСЯЧ ТОНН, которые приказали уничтожить до конца 2017 года? Когда приказали? Пять лет назад? Как можно несколько тысяч тонн уничтожить путем сжигания в бочке даже за год? Днем и ночью жечь по несколько тонн ?
    Ответить
Войти через соцсети
Свернуть комментарии

Новости партнеров