Россияне продолжают выносить «наличку», а малый бизнес бежит от НДС на «автоупрощенку»
Обзор налоговых новостей прошедшей недели
Пока малый и средний бизнес массово мигрирует на «автоупрощенку», в том числе ради освобождения от НДС, Минфин обсуждает полный запрет торговли на УСН для пресечения региональных схем маркетплейсов. Параллельно с этим резиденты ОЭЗ готовятся к обязательному налоговому мониторингу, а население продолжает наращивать вывод из банков наличных денег. Подробности читайте в материале «Реального времени».
В России продолжает расти число налогоплательщиков на «автоупрощенке»
Число пользователей автоматизированной упрощенной системы налогообложения (АУСН) достигло 461 тысячи по итогам первого полугодия, следует из данных «Коммерсанта». Впрочем, эти цифры являются, скорее всего, закономерной реакцией микробизнеса на ужесточение налогового администрирования. Ключевым триггером этой миграции стало снижение с 1 января 2026 года порога годового дохода, освобождающего от уплаты НДС на классической «упрощенке», с 60 млн до 20 млн рублей.
На этом фоне АУСН выглядит достаточно выгодно: режим сохраняет лимит в 60 млн рублей до конца 2027 года.
Однако такая оптимизация требует от бизнеса жестких компромиссов. На АУСН налоговики сами рассчитывают платежи на основе данных онлайн-касс и транзакций, без обязанности по сдаче отчетности и уплате страховых взносов. Взамен компания обязана удерживать штат в пределах пяти человек, не превышать лимит стоимости основных средств в 150 млн рублей и проводить все расчеты исключительно через уполномоченные банки, число которых к началу 2026 года достигло 29. При этом базовые налоговые ставки на АУСН выше, чем на обычной «упрощенке».
Показательным является сам масштаб этой миграции. Если на конец 2025 года на АУСН находилось всего около 43 тысяч налогоплательщиков, то к середине 2026 года их число увеличилось более чем в 10 раз. Такой взрывной рост свидетельствует о том, что бизнес воспринимает этот режим не как инструмент долгосрочного развития, а как временный «щит» от новых фискальных правил. Переход выглядит лишь временной мерой, ведь эксперимент с АУСН действует только до конца 2027 года.
Резидентов ОЭЗ хотят «посадить» на налоговый мониторинг
Правительство одобрило законопроект об обязательном налоговом мониторинге для резидентов особых экономических зон (ОЭЗ). Новшество потребует подключения к системе в течение двух лет с момента заключения соглашения. Исключение сделано только для субъектов малого и среднего предпринимательства (МСП).
Инициатива направлена на снижение числа споров и упрощение контроля. Но, с другой стороны, это потребует от компаний роста инфраструктурных и ИТ-расходов. Если сейчас для добровольного входа в мониторинг требуются серьезные масштабы бизнеса (выручка и активы от 800 млн рублей), то для резидентов ОЭЗ эти пороги, по сути, снимаются. Бизнесу стоит быть готовым к тому, что технические сбои или формальный отказ от интеграции могут повлечь санкции, способные нивелировать все финансовые выгоды резидентства.
Между тем можно сделать вывод, что государство окончательно меняет парадигму с выездных проверок постфактум на непрерывный превентивный контроль. Это делает любые агрессивные схемы налоговой оптимизации в рамках ОЭЗ практически нереализуемыми.
Торговлю предложили исключить из УСН
Минфин инициировал обсуждение полного исключения оптовой и розничной торговли из перечня видов деятельности, разрешенных для применения упрощенной системы налогообложения (УСН).
Поводом для этого стало массовое использование региональных налоговых льгот участниками рынка маркетплейсов. По версии Минфина, компании регистрируются в субъектах с минимальными ставками, таких как Калмыкия, Дагестан или Мордовия, а фактически ведут деятельность за их пределами. По оценкам аналитиков, такая схема оптимизации приводит к недополучению бюджетами суммы около 75 млрд рублей ежегодно, что вынуждает искать способы закрытия этой лазейки.
Представители Торгово-промышленной палаты (ТПП) и «Опоры России» выступили против тотального запрета. Эксперты справедливо указывают, что это не решит проблему адресных злоупотреблений, но нанесет удар по добросовестным участникам рынка. Для торговых компаний и селлеров отмена пониженных ставок означает прямой рост фискальной нагрузки и сокращение маржинальности, которая и так находится под давлением из-за комиссий площадок и логистических издержек. Вместо точечной борьбы с фиктивной регистрацией бизнес рискует получить системное ограничение, способное затормозить развитие всей отрасли электронной коммерции.
Эта инициатива логично встраивается в общую налоговую тенденцию, нацеленную на увеличение фискальных поступлений в бюджет. Компаниям, которые сейчас активно используют региональные льготы на УСН, пора серьезно задуматься о будущем. Если запрет будет реализован, участникам рынка потребуется заранее просчитать экономическую целесообразность бизнеса, чтобы минимизировать финансовые потери от неизбежного ужесточения правил игры.
В России усилился вывод наличных из банков
В первой половине июля 2026 года объем наличных денег в обращении увеличился более чем на 500 млрд рублей. Это на 7% выше среднемесячных показателей второго квартала — 479,4 млрд рублей (в апреле — 607,3 млрд рублей, мае — 381,2 млрд рублей, июне — 449,7 млрд рублей). Всего с начала февраля объем наличных в российской экономике вырос почти на 2,5 трлн рублей.
Банк России продолжает связывать этот всплеск с адаптацией бизнеса и населения к новым налоговым реалиям текущего года, а также с сезонными факторами и ограничениями мобильного интернета. Регулятор считает, что для делового сообщества такой тренд не как стихийное явление, а как защитная реакция. Предприниматели стремятся снизить цифровой след своих операций на фоне ужесточения фискального контроля и рисков блокировок счетов.
Однако массовый отток средств из банковской системы в наличность усугубляет структурный дефицит ликвидности, который за последние месяцы вырос в несколько раз. Для бизнеса эта стратегия несет серьезные скрытые риски. Работа с крупными объемами наличности нарушает финансовую дисциплину, ограничивает возможности для привлечения кредитования и повышает операционные издержки.