Окончи вуз, роди сына: олигархи Татарстана прописали наследникам условия выдачи денег

Татарстанские олигархи переводят активы в ЛФ

На сегодня в Татарстане зарегистрировано 19 личных фондов, что в 2,4 раза больше, чем годом ранее. Первыми новым инструментом управления активами воспользовались нефтяники, дорожники, металлурги, айтишники и финансисты. В дальнейшем их примеру последовали ведущие автодилеры, сельхозпроизводители и многие другие владельцы среднего и крупного бизнеса — входной порог для создания ЛФ составляет 100 млн рублей.

Среди тех, кто недавно образовал такие фонды, предприниматели из разных сфер деятельности. Зарегистрированный в канун 2026 года в Казани ЛФ «Резолют» возглавил Ренат Байбиков, финансовый директор компании «Органик парк». Судя по всему, интерес к этой форме защиты и преемственности активов проявил бенефициар одноименного завода удобрений и бывший совладелец «Миррико» Рустам Рамазанов. Общий годовой оборот его предприятий по производству пестицидов «Органик парк» и «Бионоватик» составляет 1,2 млрд рублей.

В марте владелец казанского завода дорожной химии «Базис» Ринат Шагабутдинов также перевел активы в личный фонд «Алтан». Этот ЛФ был зарегистрирован в конце января и теперь владеет 100%-й долей самого прибыльного предприятия группы — «Базис-Терра» с оборотом в 1,3 млрд рублей.

В этом же месяце был создан челнинский ЛФ «Седьмое поколение», управляющей которым стала Алина Бывальцева, бывший гендиректор УК «Татпроф». Интересно, что это уже второй личный фонд, связанный с семьей владельца «алюминиевого» холдинга «Татпроф» Сергея Рачкова. Первый — «Кавача» — был зарегистрирован прошлой весной по тому же адресу в автограде, его возглавил сын предпринимателя. Совокупная выручка компаний группы превышает 14 млрд рублей.

Под конец 2025 года появился казанский ЛФ «Инвест», в который перевели активы крупного дорожного подрядчика и депутата Самарской губернской думы Андрея Мурзова. Предпринимателя знают как владельца местной компании ДСК «Транстрой» с оборотом в 25 млрд рублей и ульяновской «Техкомплект» с выручкой в 2 млрд рублей.

В созданный осенью елабужский ЛФ «Агри» перешли 45,5% акций компании «Табыш» — юрлица сети продовольственных дискаунтеров «Находка» с 275 магазинами в Поволжье и на Урале. Ранее этой долей напрямую владел Вадим Махеев, один из основателей одноименного бренда и совладелец «Эссен Продакшн АГ». Выручка «Табыш» по итогам 2024 года составила 66 млрд рублей, чистая прибыль — 140 млн.

Челнинский ЛФ «Наследие» возглавила Эльмира Нурмеева, которая наряду с известным врачом-офтальмологом Рустамом Гилязиевым владеет сетью центров микрохирургии глаза «Прозрение». Выручка компании в прошлом году выросла почти до 200 млн рублей.

Осенью 2025 года были созданы казанский ЛФ «Род» и зеленодольский ЛФ «Дио», оба возглавила Алия Хабибуллина. Она также управляет тремя казанскими фирмами в области операций с недвижимостью: «Калинина-60», «Промет» и УК «Континуум». Поскольку сведения об учредителях личных фондов сейчас не отображаются в ЕГРЮЛ из-за изменений в законодательстве, а в сами ЛФ пока не вошли какие-либо компании, предположить, кто может выступать их основателями и бенефициарами, сложно. Аналогичная ситуация с казанским ЛФ «Потенциал», зарегистрированным по адресу Сибгата Хакима, 51, которым управляет Елена Полякова.

Еще раньше, как уже рассказывало «Реальное время», свои активы упаковали в ЛФ автодилеры Александр Колесов («КАН Авто») и Вячеслав Зубарев («ТТС»), строитель первой платной дороги Фоат Комаров («СМП Нефтегаз»), ведущий молочник Минтимер Мингазов (ГК «Вамин»), рантье Хаджимурат Газалиев — собственник отелей Ramada, «Особняк на Театральной», «Олимп» и первых казанских терм.

Активы российских миллиардеров в Татарстане

Несколько российских миллиардеров также перевели свои татарстанские предприятия в личные фонды, зарегистрированные в других регионах. Среди них, к примеру, основатель ATI.SU — крупнейшей биржи грузоперевозок в России и странах СНГ — Святослав Вильде. В Набережных Челнах у него работает ИТ-компания «Атракс Трейд», которая разработала систему для автоматизации работы с транспортными компаниями.

С прошлой весны 46%-й долей этого общества владеет личный фонд «Далеко» из Санкт-Петербурга. В структуру фонда входят еще две питерские компании Вильде — «Автотрансинфо» и «АТИ-Медиа».Обе разрабатывают, проектируют и предоставляют клиентам доступ к базам данных биржи грузоперевозок. Совокупная выручка компаний предпринимателя, согласно открытым данным, превысила 10 млрд рублей.

В московский личный фонд «Общее дело» входят две казанские строительные фирмы: «Специальный застройщик СД» и «Специальный застройщик ЖК «Северный». Последняя под руководством известного депутата Казгордумы Марата Ганиева возводит одноименный жилой комплекс комфорт-класса в Авиастроительном районе.

Бизнесмен руководит группой компаний «Форс». Его одноименное проектно-строительное объединение обанкротилось, но бизнесмен продолжает трудиться на татарстанских стройках. Компании Ганиева проектировали распредцентры Wildberries и Ozon в Зеленодольском районе, фабрику «Акульчев» в Набережных Челнах и другие объекты. Сейчас его фирмы работают техническим заказчиком на стройках мечети Баруди в Приволжском районе Казани и складского комплекса на ул. Тэцевской для московской компании «Система дела» — она входит в тот же личный фонд.

Кроме того, в ЛФ «Общее дело» упакован и банный комплекс «Лапино парк» из подмосковного Одинцово, через руководство которого прослеживаются интересные связи с известным ресторатором, основателем ресторанного альянса White Rabbit Family Борисом Зарьковым. Открывшийся в 2025 году казанский ресторан «Горыныч» стал первой франшизой бизнесмена в Татарстане. Годовой оборот всех компаний ресторатора, по данным «СПАРК-Интерфакс», достигает 12 млрд рублей.

Личный фонд привлекает бизнес как новый инструмент для управления капиталом, он позволяет им сберечь накопления, подготовить для передачи наследникам, а заодно оптимизировать налоговую нагрузку. Например, бенефициары ЛФ не платят НДФЛ при получении любых доходов после смерти учредителя. Фонд позволяет закрепить правила передачи активов наследникам, исключая возможность оспаривания. Имущество не входит в наследственную массу и передается без шестимесячного ожидания. Кроме того, ЛФ позволяет сберечь активы: через 3-5 лет после создания фонда кредиторы не смогут взыскать их по долгам учредителя.

Окончил вуз — получи выплату, попал в неприятности — потеряешь дотации

Положительную динамику в регистрации личных фондов после принятия соответствующего закона в России отметил Александр Кольцов, генеральный директор юридической компании «А2К Лигал». По его словам, наблюдается устойчивый ежемесячный прирост числа создаваемых ЛФ. Точную статистику привести сложно, но тенденция к увеличению, по его словам, очевидна:

— Личные фонды сегодня используются не столько как инструмент налоговой оптимизации, сколько как эффективный механизм управления активами и передачи бизнеса. Существует два основных типа фондов: личные и наследственные. Преимущество фондов заключается в их гибкости по сравнению с обществами с ограниченной ответственностью. Если в ООО действует строгий законодательный порядок, то в случае с фондами появляется возможность более гибко определять бенефициаров и детально прописывать условия распределения средств после смерти учредителя, — пояснил юрист.

Интерес бизнеса к созданию личных фондов растет как в Татарстане, так и по всей России, поделилась своими наблюдениями Альфия Ярулина, партнер компании «АНП «Зенит». За время работы компания реализовала несколько проектов по созданию ЛФ, каждый из которых имеет свои уникальные задачи и приоритеты.

По словам эксперта, особенность личных фондов заключается в их долгосрочном характере — они создаются не на одно, а сразу на 2–4 поколения вперед. Это позволяет обеспечить не просто передачу бизнеса наследникам, но и его дальнейшее развитие. При этом личные фонды представляют собой уникальный инструмент планирования. Условия их работы могут включать различные стимулирующие механизмы для будущих поколений.

— Это очень интересный инструмент. Иногда забавно слышать условия, которые прописываются в уставах фондов для будущих поколений. Например, это может касаться условий выплат: если ты заканчиваешь высшее учебное заведение, у тебя такой размер выплат, а если попал в неприятности — извини, ты лишаешься некоторых дотаций. Если у тебя родился один ребенок — это одна выплата, а если будет еще одно прибавление в семье — другая. Каждый учредитель фонда моделирует условия так, чтобы следующее поколение не просто пользовалось благами, а в первую очередь развивалось. Очень много условий закладывается — это, правда, интересно, — сообщила Альфия Ярулина.

«Закон предусматривает одни механизмы, а налоговые органы интерпретируют их по-своему»

В современной России наблюдается интересная тенденция, связанная с возрастной структурой владельцев бизнеса, продолжил тему Александр Кольцов. Поскольку большинство бенефициаров находится в преклонном возрасте, это явление характеризуют как «седую экономику».

— В условиях текущих ограничений с недружественными странами у нас стало невозможным использование английских трастов и других традиционных инструментов международного трастового права. Поэтому придумали такой инструмент преемственности и передачи бизнеса, как личный фонд. У всех на слуху истории: когда собственники бизнеса умирают, как в случае с брендами Natura Siberica или «Б.Ю. Александров», начинаются конфликты между наследниками. Для того, чтобы их предотвратить, ответственные предприниматели пытаются решить проблему заблаговременно, — пояснил он.

Сначала регистрацией личных фондов занимался Минюст, но в 2024 году полномочия перешли к ФНС. Это существенно сократило сроки регистрации. Кроме того, ЛФ получили ряд налоговых льгот. Например, для фондов с более чем 90% доходов в виде пассивных поступлений — дивидендов, арендных платежей, прибыли от продажи ценных бумаг — ставку налога на прибыль снизили до 15%. Выплаты бенефициарам фонда после смерти учредителя освобождены от НДФЛ. В то же время в отсутствие прямых законодательных ограничений юристы постоянно сталкиваются с изменениями в виде различных разъяснений Минфина, которые существенно ужесточают регулирование ЛФ.

— Процесс создания личного фонда не усложнился, однако в сфере налогового законодательства пока недостаточно практических кейсов. Многие ошибочно воспринимают личные фонды как инструмент налоговой оптимизации, но это неверно, их основная функция — защита активов и передача будущим поколениям, — подчеркнула Альфия Ярулина.

Как заявил Александр Кольцов, проблема заключается в том, что законодательство предусматривает одни механизмы, а налоговые органы интерпретируют их по-своему. Например, они склонны рассматривать любую передачу активов как налогооблагаемую реализацию, требуя уплаты НДС, хотя закон этого прямо не предусматривает.

Его коллега привела в пример показательный случай с разъяснением Минфина: если выгодоприобретатели проживают в квартире, находящейся в составе личного фонда, фонд обязан выставлять им счета за пользование жильем. При этом возникает вопрос о необходимости уплаты НДС или применении УСН, поскольку такие отношения рассматриваются как оказание услуг.

Подобные разъяснения вызывают недоумение экспертов. Например, логичным было бы предусмотреть исключения для несовершеннолетних детей, но даже такие базовые положения не учитываются. Словом, инструмент пока новый, его использование на практике создает правовую неопределенность, а отдельные вопросы требуют дополнительной доработки, считают в юридическом сообществе.