Динар Шайхутдинов: «Компании стали чаще уходить в серую зону»
Владелец компании «Татлаваш», производитель мяса для HoReCa, — о новых трендах, рисках для бизнеса и налоговой нагрузке
Татарстанский бизнес готовится к росту налоговой нагрузки в наступившем 2026 году, оптимизируя расходы и планируя повышение цен. Пока одни предприниматели подсчитывают предстоящие убытки и думают, как выжить, другие в поисках решения проблемы уйдут в тень, убежден казанский бизнесмен Динар Шайхутдинов. В интервью «Реальному времени» владелец компании «Татлаваш», поставщик мяса для ресторанов и отелей, рассказал, какую новую стратегию работы выстраивает сам, где ищет оборудование для производства и как сумел выйти на федеральных ретейлеров.
«Для бизнеса это тяжелая ноша»
— Динар Нурфаязович, многие эксперты прогнозируют, что на 2026 год придется пик кризиса, который рынок ощущал уже в 2025-м. Как вы оцениваете настроения в предпринимательском сообществе?
— Главное чувство среди бизнесменов — это непонимание и неуверенность в будущем. У некоторых и вовсе упаднические настроения. Далеко ходить не надо, два моих хороших товарища в принципе бросили свой бизнес и просто ушли в наем. Говорят, что им так намного проще.
Кроме того, сейчас наблюдается другая серьезная проблема — компании, которые работали в открытую, переходят в серую зону. Предприятия просто не выдерживают такую финансовую нагрузку. И так на налоги уходили миллионы, а сейчас эти суммы станут еще больше. Для бизнеса это тяжелая ноша.
Мы сами еще и не знаем в точности, как на нас повлияют налоговые изменения. Даже наши бухгалтеры не могут дать прогнозы. Говорят, что жить будем, но пояса затянем. Наша компания тоже перешла с УСН на НДС, но, к счастью, у нас есть большое преимущество. Так как мы работаем в пищепроме, налог на добавленную стоимость льготный и составляет 10%. Но повышение НДС все равно будет нас касаться, потому что мы работаем с поставщиками и другими партнерами.
«Повышение цен ляжет на плечи конечного потребителя»
— К чему это приведет, по вашему мнению?
— В первую очередь к повышению цен, и основная нагрузка в итоге упадет на плечи конечного потребителя. Давайте разберем на примере. Мы закупаем сырье на двух крупных проверенных птицефабриках Татарстана, Удмуртии и в нескольких мелких. В последнее время по ценам нет никакой предсказуемости и стабильности. Например, в 2024 году в декабре цена традиционно поднялась перед праздниками, а после них в январе 2025-го опять упала. В этом году мы ожидали подобного сценария, но он не случился. В нынешнем январе цены остались на том же высоком уровне, что и перед Новым годом. И это еще не предел. Недавно нам пришло письмо с сообщением о том, что цена снова повысится, этого стоило ожидать.
Цена на сырье будет расти, и это запустит всю цепочку. Нам, как производителям, по этой причине придется поднимать свои цены. Соответственно, точки, куда мы поставляем свою продукцию, тоже поднимут ценник. И опять за все это будут платить простые граждане. Вот такая безвыходная ситуация. Но все понимают, что вне зависимости от того, подорожает продукт или нет, люди все равно будут есть, но они будут экономить. И это уже ощущается, потому что оборот упал. Многие начали готовить дома, реже стали ходить в рестораны и кафе.
У меня есть очень много знакомых в ресторанной сфере, в том числе собственников бизнесов. Все говорят, что выживут сейчас те, кто будет держать высокие цены, то есть целевая аудитория которых — это люди с деньгами. Средний сегмент окажется под угрозой закрытия. Им и так было тяжело, а сейчас все будет еще сложнее.
— Планируете ли вы развиваться даже в таких трудных условиях?
— Да, мы не собираемся останавливаться. Сейчас у нас 700 квадратных метров площадей, из них 300 «квадратов» занимает сам обвалочный и мариновочный цех. Мы закупили оборудование, например польский массажер-маринатор для мяса. Массажируем его для того, чтобы маринад входил внутрь и тем самым мясо получалось сочнее. Что касается объемов, то сейчас выход составляет около 5 тонн полуфабрикатов в день. Зимой спрос падает, поэтому мы заказываем четыре фуры сырья в неделю, летом фуры приходят каждый день. В сезон мы вывозим около 10 тонн чистого продукта. География очень большая. Кроме Татарстана, это Чувашия, Марий Эл, Башкортостан, Пермский край, Магнитогорск, Киров. В этом году пойдем в сторону Москвы, в частности в Нижний Новгород.
В плане развития сейчас работаем над внедрением нового направления — это кулинария. Будем производить уже готовую продукцию. Целевая аудитория — рестораны, кафе и торговые сети. Если все это время нашей узкой специализацией являлось маринованное мясо для шаурмы на бобинах, что занимало 60% всего производства, то сейчас мы хотим сократить объемы по этому направлению в пользу готовых блюд из куриного мяса, так как на них есть спрос.
«Не доверяю китайским производителям»
— О каких инвестициях идет речь?
— Для того чтобы запустить производство, мы заказали огромный вакууматор, большой аппарат шоковой заморозки, подовые печи и много другого оборудования. Вложения только на первом этапе составили 8 млн рублей, но это еще даже не половина затрат. К сожалению, сейчас очень тяжело найти оснащение для цехов, приходится работать с полупрофессиональным оборудованием.
Я даже немного завидую тем людям, которые не боятся покупать китайские агрегаты. Сам не доверяю китайским производителям оборудования, поэтому у меня его попросту нет, за исключением одного массажера-маринатора, который я попробовал приобрести, но быстро разочаровался. Он сейчас просто стоит, не работает, так как прохудились резинки, сломался фиксатор. Мы уже давно заказали запчасти, но даже резинку нам не могут сделать. Оборудование простаивает уже несколько месяцев. Купили его год назад, и оно проработало всего полгода. А вот европейское хоть и старенькое, но работает исправно, даже расходники не просит. Я лично и автопрому китайскому не доверяю, что бы там ни говорили. Лучше бэушный европеец.
Я практически всегда покупаю европейское оборудование, бывшее в употреблении. Нового европейского оборудования просто не найти, и даже параллельный импорт не помогает, потому что ожидание затягивается на долгие месяцы, а это для нас неприемлемо. Запрос есть сейчас, и пока он горячий, нужно на него отвечать. Последнее заказанное нами из-за рубежа оборудование мы ждем уже 3—4 месяца, и когда оно приедет — неизвестно. В этом нет смысла. И тем более ценник очень сильно поднялся — на 40—50%.
— Как проходит импортозамещение оборудования, необходимого в вашем производстве?
— Из отечественного мы покупаем холодильники. Есть еще несколько наименований, которые производятся в России, и их становится больше. Нам периодически поступают предложения, но мы пока не решаемся на покупку, так как риск все-таки еще слишком высокий, а работать нам надо сейчас. Если какое-то наше оборудование встанет, работа прекратится, а этого мы допустить не можем. И к тому же все это тоже стоит довольно дорого. Цены в целом повысились. И не только на зарубежное оборудование, но и на российское. Когда-то мы брали отечественное оборудование за 700 тысяч рублей, а сейчас оно стоит более 1,3 млн. То есть подорожало практически в 2 раза.
Отдельная история с логистикой. Сейчас это становится самой ощутимой статьей затрат, потому что сильно поднялись в цене запчасти и топливо. Нанимать машины — очень дорого. Логистические компании также подняли тарифы на 30—40%. В нашем транспортном парке шесть грузовых и три легковых автомобиля, и содержать их стало очень накладно. Запчасти не только поднялись в цене, но и стали менее качественными. Что интересно, запчасти на отечественных заводах могут быть китайскими. Это нам совсем непонятно. Взять ту же коробку передач — сейчас мы меняем ее раз в три месяца. А это сотни тысяч рублей.
«Помощь государства была бы очень кстати»
— Можете ли вы рассчитывать на поддержку государства как предприятие пищепрома?
— Когда-то на нас распространялась программа по линии Минсельхозпрода. На моей памяти льготные кредиты, микрозаймы, которые нам давали много лет назад, были под 6% годовых. Это была хорошая помощь, которой мы воспользовались. Но сейчас такого нет, а если и есть, то запрашивается такой огромный пакет документов, что собрать его невозможно, поэтому мы туда и не лезем, да и давать никто ничего не хочет. Отстранились от нас, и все. Мы сейчас в безвыходной ситуации — нам нужно обновлять парк автомобилей. Для этого пришлось взять коммерческий лизинг под большие проценты — 22—23%.
Помощь от государства была бы очень кстати. Дали бы нам хотя бы хорошие лизинги или микрозаймы, было бы прекрасно. За счет них я бы расширялся и тем самым создавал новые рабочие места.
— Какие законодательные изменения требуются, на ваш взгляд?
— Нам нужен закон, который бы жестче контролировал теневой бизнес. Такие предприятия не соблюдают элементарные санитарные нормы, и люди получают отравления. А тень от всего этого падает на добросовестные производства. Такие нелегальные предприятия не боятся систем штрафов. Они просто открывают ИП, оформляют его непонятно на кого, и даже штраф государство наложить не может. Или же они просто берут все свои пожитки и переезжают в другое место, до следующей проверки.
Существуют сотни подвальных производств мясных полуфабрикатов. У них нет никакого специального оборудования. Маринуется все просто в стационарных ванных, куда складывается мясо, соль, специи и вручную перемешивается. С ними тяжело бороться даже на государственном уровне.
«Не надо терять надежды»
— Как вы взаимодействуете с крупными ретейлерами?
— В те времена, когда мы занимались только лавашем, я долго пытался пробиться на полки магазинов федеральных торговых сеток. Помню, как брал штурмом офис одной из крупных сетей, бился в двери два-три часа. Чудом меня пропустили. В итоге мы смогли договориться, проработали какое-то время, но из-за неподходящих нам условий прекратили сотрудничество. Дело в том, что мы должны были сами налаживать логистику и поставлять продукцию во все торговые точки, а их насчитывается 600—700 только в Казани. Затраты были слишком высокие, а средний чек — нет, это стало нерентабельным для нас.
Сейчас схема поменялась: сети принимают товар в свой распределительный центр и сами развозят его по точкам. Поэтому мы решили вернуться и разработали несколько позиций готовых изделий из мяса. Практически все сети готовы с нами сотрудничать, но мы пока выбрали две. Думаем, готовая еда — перспективное направление. Мир меняется. Люди не хотят готовить сами, новое поколение — тем более.
— Какую стратегию собираетесь выстраивать в текущей экономической ситуации?
— Мы собираемся продолжать работать в любом случае. Будем стараться развиваться и расширяться по ассортименту, создавать новые продукты. Безусловно, сейчас многим сложно. Но закрываться или не закрываться в таких условиях — для каждого индивидуальный вопрос. Я, например, даже если буду работать в ноль, не остановлюсь. Буду надеяться на что-то хорошее, на изменения к лучшему. Половина предпринимателей на самом деле чаще всего работают в ноль, кто-то — даже в убыток. Уверен, что сейчас таких будет еще больше. Хочу сказать всем коллегам-предпринимателям: не надо терять надежды, надо работать. Кто трудится, у того все получится.